Но голос был слишком слаб. Я нуждался в деньгах. Все получалось так складно. Достать деньги, положить их в карман, закрыть сумку, поставить ее на полку и уйти.
Бармен не мог меня видеть. К будке постоянно подходили люди. Деньги мог взять кто угодно.
Они лежали передо мной, возможно, не две тысячи, но около этого.
Я хотел их взять.
Я нуждался в деньгах.
И взял их.
Я сунул пачку в карман и закрыл сумку. Сердце стучало, как паровой молот. Я стал вором. Над телефоном висело маленькое зеркало. Я уловил в нем какое-то движение. Все еще держа сумку в руке, поднял глаза и обомлел.
Женщина стояла за дверью. Ее солнцезащитные очки отражались в зеркале двумя зелеными огоньками. Она стояла и смотрела на меня. Не знаю, как давно. Но она стояла за дверью.
Глава 2
Сердце у меня сжало, как клещами, парализовало мозг, тело покрылось холодным потом. Сжимая сумку в руке, я смотрел на две огромные зеленые полусферы.
В мгновение ока я протрезвел. Пары виски тут же выветрились у меня из головы.
Она может позвать бармена, тот найдет в моем кармане пачку денег, кликнет полицейского. А потом меня проводят в камеру, и уже не на четыре года: на этот раз срок будет куда больше.
Пальчики женщины легонько забарабанили по стеклу. Я поставил сумку на полку, обернулся, открыл дверь.
Женщина отступила в сторону, давая мне выйти.
- Кажется, я оставила сумку... - начала она.
- Совершенно верно, - ответил я. - Я как раз собирался отнести ее бармену.
Возможно, мне следовало протиснуться мимо нее и выскочить из бара, прежде чем она успела бы открыть сумку и обнаружить пропажу. Очутившись на улице, я мог бы выбросить деньги, и она никогда бы не доказала, что я их украл.
Я было двинулся к выходу, но остановился. Бармен вышел из-за стойки и загородил мне дорогу.
- Этот парень пристает к вам? - обратился он к женщине.
Та чуть повернула голову.
- О нет. Я оставила сумку в телефонной будке. Этот господин собирался отнести ее вам.
Бармен подозрительно взглянул на меня.
- Неужели?
Я молчал, как мумия. Во рту у меня так пересохло, что я не знал, смогу ли вымолвить хоть слово.
- В сумке было что-нибудь ценное? - спросил бармен.
- О да! Мне не следовало забывать ее.
- Может, вы посмотрите, все ли на месте?
- Пожалуй, вы правы.
Мне пришла в голову мысль стукнуть бармена и прорваться на улицу. Но тот, похоже, поднаторел в потасовках, и я решил, что рисковать не стоит.
Женщина прошла мимо меня и взяла сумку.
Сердце чуть не выскочило из моей груди, когда она раскрыла сумку и заглянула вовнутрь. Тонкими пальчиками с посеребренными ногтями она переворошила содержимое.
Бармен тяжело дышал. Его взгляд переходил с меня на женщину и возвращался обратно.
Вот и все, думал я. Через полчаса я окажусь в камере.
- Нет, ничего не пропало. - Женщина повернулась ко мне. - Благодарю за участие. Я постоянно что-то теряю.
Я ничего не ответил.
Бармен просиял.
- Значит, все в порядке?
- Да, благодарю вас. Думаю, это надо отпраздновать. - Зеленые полусферы вновь повернулись ко мне. - Позвольте мне угостить вас, мистер Барбер.
Значит, она знала, кто я такой. Впрочем, в этом не было ничего удивительного. В день, когда меня выпустили, "Вестник" поместил на первой странице мою фотографию, указав, что я провел в тюрьме три с половиной года за непредумышленное убийство. Оли даже не забыли упомянуть, что я совершил преступление в пьяном виде. Они нашли хорошую фотографию. Кубитт не мог найти лучшего способа ударить лежащего.
В голосе женщины слышались стальные нотки, указывающие на то, что предложение следует принять.
- Ну, если вы настаиваете, с удовольствием.
Женщина взглянула на бармена.
- Два виски с содовой и побольше льда.
Она подошла к моему столику и села. Я опустился на стул напротив нее.
Женщина достала из сумки портсигар, открыла его, предложила мне.
Я взял сигарету, она последовала моему примеру, дала мне прикурить от золотой зажигалки, прикурила сама. Бармен принес два бокала, поставил на стол и вернулся за стойку.
- Вы рады, что вышли на свободу, мистер Барбер? - спросила она, выпустив струю дыма.
- Да, конечно.
- Как я понимаю, вы уже не работаете в газете?
- Вы совершенно правы.
Она подняла бокал, кубики льда мелодично звякнули о стекло.
- Я вижу, вы часто приходите сюда. - Она махнула рукой в сторону моря. - У меня тут пляжная кабинка.
- Здесь отличное купание.
Женщина отпила из бокала.
- Ваши регулярные посещения этого бара означают, что вы еще не начали работать, не так ли?
- Да.
- Но в скором времени вы надеетесь куда-нибудь устроиться?
- Именно так.
- Разумеется, это не так-то легко.
- Полностью с вами согласен.
- Если бы вам предложили работу, вас бы это заинтересовало?
Я уставился на нее.
- Не понял. Вы хотите предложить мне работу?
- Возможно. Вас это интересует?
Я потянулся к бокалу, затем передумал. Я и так слишком много выпил.
- Что я должен делать?
- Я гарантирую очень хорошую оплату, но вам придется держать язык за зубами. Не исключен и небольшой риск. Вас это не пугает?
- Вы хотите предложить что-то противозаконное?
- О нет... закон тут ни при чем... ничего подобного.
- Мне это ничего не говорит. В чем состоит риск? Я готов на любую работу, но должен знать, что делаю.
- Я понимаю. - Женщина вновь поднесла бокал к губам. - Вы не пьете, мистер Барбер.
- Я знаю. Так что я должен делать?
- Сейчас у меня мало времени, да и бар - малоподходящее место для такого разговора. Давайте я вам как-нибудь позвоню. Мы встретимся и все обсудим.
- Мой номер телефона есть в справочнике.
- Вот и договорились. Скорее всего, я позвоню завтра. Вы будете дома?
- Постараюсь.
- Я заплачу. - Она открыла сумку, нахмурилась. - О, я забыла...
- А я - нет.
Я достал из кармана пачку денег и положил перед ней.
- Благодарю. - Женщина вытащила из пачки купюру в пять долларов, оставила на столе, остальные деньги убрала в сумку, закрыла ее и встала.
Я тоже поднялся на ноги.
- Значит, до завтра, мистер Барбер.
Она повернулась и вышла из бара. И вновь я не мог оторвать глаз от ее плавно покачивающихся бедер. Женщина пересекла улицу, села в серебристо-серый "роллс-ройс" и уехала. Я, правда, успел запомнить номер.