- Не ваше дело. Я знаю, как добыть деньги, но мне нужна помощь, и я готова заплатить за нее пятьдесят тысяч.
- Которых у вас нет.
- С вашей помощью я их добуду.
Привлекательность предложения миссис Марло таяла на глазах.
- Давайте перейдем к делу. Как вы намерены добыть деньга?
- Мою падчерицу похитят, - холодно ответила она. - Выкуп составит пятьсот тысяч долларов. Вы получите десять процентов, остальное разделим мы с падчерицей.
- Кто ее похитит?
- Разумеется, никто. Одетт куда-нибудь уедет, а вы потребуете выкуп. Поэтому я и обратилась к вам. Вы должны позвонить по телефону любящему отцу и объяснить ему, что к чему. Потом вы получите деньги. За это я дам вам пятьдесят тысяч. Что ж, ситуация прояснилась. Во рту у меня пересохло. Похищение человека относилось к разряду особо тяжких преступлений, совершение которых каралось смертной казнью. Если я соглашался на предложенную работу, мне следовало быть очень бдительным. Пойманный похититель прямиком отправлялся в газовую камеру.
Глава 3
Маленькое черное облако на минуту или две закрыло луну. Море сразу потемнело, берег стал мрачным и враждебным, но облако ушло, и вновь засеребрилась вода.
Рея Марло смотрела на меня.
- Другого способа добыть такую сумму нет, - сказала она. - Только похищение. Иначе заставить моего мужа расстаться с деньгами невозможно. Я не вижу никаких неразрешимых проблем. Надо лишь хорошенько продумать наши действия.
- Похищение людей карается смертной казнью, - ответил я. - Вы забыли об этом?
- Но никого и не будут похищать. - Она вытянула длинные, точеные ноги. - Если вдруг наш план рухнет, я скажу мужу правду, и на этом все закончится.
Я верил ей не больше, чем заезжему коммивояжеру, попытайся тот всучить мне за настоящий персидский - ковер, сотканный в сотне миль от Сан-Франциско.
Но в голове у меня засела мысль о пятидесяти тысячах долларов. Возможно, уговаривал я себя, если я сам продумаю все детали операции, мне удастся ухватить деньги.
- Вы хотите сказать, что ваш муж просто посмеется, пожурит вас и вашу падчерицу и на этом успокоится? Он воспримет как шутку мой телефонный звонок, сообщение о похищении дочери и требование выкупа? Вы думаете, он скажет агентам Федерального бюро расследований, что жена выбрала такой способ поразвлечься, чтобы выудить из него пятьсот тысяч долларов?
Последовала долгая пауза.
- Мне не нравится ваш тон, мистер Барбер. Не надо мне грубить.
- Извините, если что не так. Но я ведь был газетным репортером и знаю, возможно, гораздо лучше вас, что о похищении дочери Феликса Марло сообщат все газеты. На первых полосах. Это же сенсация в чистом виде.
Я заметил, что ее пальцы сжались в кулаки.
- Вы преувеличиваете. Я не позволю мужу обратиться в полицию. - Голос ее стал резким и нетерпеливым. - Я предлагаю следующий план: Одетт исчезает, вы звоните моему мужу и говорите, что она похищена. Ее возвратят, если за нее заплатят выкуп в пятьсот тысяч долларов. Мой муж платит. Вы берете деньги, и Одетт возвращается. Вот и все.
- То есть вы рассчитываете, что на этом все закончится, - добавил я.
- Я знаю, что на этом все закончится. - Она не скрывала раздражения. Вы говорили, что готовы на риск, если вам хорошо заплатят. Я даю вам пятьдесят тысяч. Если этого недостаточно, скажите об этом, и я найду кого-нибудь еще.
- Неужели? - хмыкнул я. - Не обманывайте себя. Вам потребуется немало времени, чтобы подыскать подходящего человека. Мне не нравится ваш план. Он может лопнуть, как мыльный пузырь. Допустим, ваш муж не послушает вас и обратится в полицию? Если это произойдет, фараоны не отцепятся до тех пор, пока не найдут виновного, а последним окажусь я.
- О полиции не беспокойтесь! - зло выкрикнула она. - Говорю вам, я смогу убедить мужа никуда не обращаться.
Я подумал о стареющем миллиардере, умирающем от рака. Возможно, он утратил чувство реальности. Возможно, она права. Возможно, ей удастся заставить мужа отдать полмиллиона долларов. Возможно...
Но мои сомнения оттеснила мысль о том, что в случае успешного исхода мне перепадут пятьдесят тысяч.
- И ваша падчерица согласна с этим планом?
- Безусловно. Ей нужны деньги не меньше моего.
Брошенный мной окурок красной точкой описал дугу и упал на песок.
- Я предупреждаю вас, что нам всем не поздоровится, если вмешаются агенты ФБР.
- Я прихожу к выводу, что вы не тот человек, которого я искала. Думаю, мы напрасно теряем время.
Мне следовало согласиться с ней. Пусть бы она исчезла в темноте так же бесшумно, как и возникла на веранде, но меня не отпускала мысль о пятидесяти тысячах долларов. Эта сумма заворожила меня. Сидя в лунном свете, я осознал, что не устоял бы перед взяткой, выложи комиссар полиции на полированную поверхность стола не десять, а пятьдесят тысяч. Ужаснувшись, я понял, что такая сумма сломила бы мои нравственные принципы.
- Я просто предупреждаю вас. Вам, вашей падчерице, да и мне придется несладко, если мы очутимся за решеткой.
- Сколько я могу повторять. Это невозможно! - ее голос дрожал от ярости. - Могу я положиться на вас или нет?
- Вы набросали лишь общие контуры плана. Я хочу, чтобы вы сказали, что именно потребуется от меня. Тогда я смогу ответить на ваш вопрос.
- Одетт исчезнет. Вы позвоните моему мужу. - Она едва сдерживалась, чтобы не перейти на крик. - Вы скажете, что она похищена и похитители вернут ее, лишь получив выкуп в пятьсот тысяч долларов. Вы должны убедить моего мужа, что, не заплатив выкупа, он больше не увидит Одетт. Я думаю, вам это удастся.
- Вашего мужа легко напугать?
- Он очень любит дочь, - спокойно ответила миссис Марло. - В такой ситуации напутать его будет несложно.
- Что потом?
- Потом вы должны обеспечить получение выкупа. Вы возьмете вашу долю, а остальное отдадите мне.
- И вашей падчерице?
- Естественно, и ей, - помолчав, ответила она.
- Мне кажется, вы все упрощаете, - упорствовал я. - Так ли хорошо вы знаете вашего мужа? А если он не испугается? Он может обратиться в полицию. Трусливый человек не смог бы сколотить такое состояние. Вы об этом подумали?
- Говорю вам, я с ним справлюсь. - Она глубоко затянулась, тлеющий кончик сигареты осветил ее ярко-алые блестящие губы. - Он болен. Два или три года назад об этом не могло быть и речи. А когда знаешь, что твои дни сочтены, мистер Барбер, не станешь упорствовать, подвергая опасности любимую дочь.