- Так я и думал. Засос.
Мы повскакивали со своих мест и окружили девушку, на шее которой красовалось небольшое красноватое пятно.
- Отец убьет тебя, - заметила Хлоя. – Какой-то он…
- Да, не профессионально, - добавила я.
- Да отцепитесь вы, - завыла Жасмин.
- Так бы и сказала, что занята, а то я в клуб приглашаю, а она - мне домашнее задание, эссе, - обижено произнес Джерри. – Я ж не изверг. Все понимаю.
- Ну, извини, - похоже, она раскаивается. – Звякнул бы Даниэлле.
О нет! Только не это. Ну, кто ее за язык тянул? Когда я вернулась домой где-то около 12, то обнаружила кучу пропущенных от друга, и молилась, чтобы сегодня он не вспомнил. Тем временем он повернулся ко мне.
- Да, Эл, а где ты была? Я звонил тебе вечером. Надеялся, передумаешь.
- Гуляла, - неестественно выдавила я, врать друзьям получалось крайне хреново.
- Ты всегда гуляешь со мной! – он очень разочарован во мне. – С кем?
- Да так, - я хотела перевести стрелки. – Как фотографии?
- Нормально, - на удочку он не поддался. – Кто? – спросил Джерри голосом разъяренного мавра. Молилась ли ты на ночь Дездемона?
- Тайсон, - обреченно вздохнула я.
Челюсти моих подружек попадали на стол. Они хлопали ресницами, не понимая в чем подвох, когда его не было.
- Эл, девочка моя, ты совсем одурела? – взмолился Джерри. – Что ты вытворяешь?
- Совсем ничего из того, о чем ты мог подумать. Мы просто говорили, - поспешно возразила я.
- Ну, нифига себе. Моя выходка нервно курит в окошко, - наконец подала голос Жасмин.
- Надеюсь, ты хорошо закопала труп? – Хлоя уже и подкалывает – совсем очухалась от новости.
- Давайте уже пойдем за покупками, - я проигнорировала последнюю фразу. В моей ситуации это самая верная тактика, иначе их ехидные словечки еще долго будут преследовать меня.
Мы расплатились в кафе и пошли в бутик Armani. Жасмин всю дорогу зевала, Джерри недовольно бормотал себе под нос, Хлоя рассказывала, каким она видит зал Plaza на нашей вечеринке. Сразу понятно кто и как провел вчерашний вечер. Все признаки на лицо.
Эрик
- Подавай, - нетерпеливо крикнула Эшли.
Я замахнулся и ударил ракеткой по теннисному мячу, отскочившему на ее половину корта. Выходные мы проводили в особняке. Вчера сестра поехала к подруге, а я остался ждать ее и бродить по пустынным комнатам. Я совершенно не привык проводить вечера в одиночестве. Взяв телефон, прошелся по списку девиц. Алексия Уизер? Нет. Литиция Морисон? Только не она. Джесс Хейсонвиль? Боже упаси. Даниэлла Сторм? Вот она. Я задумался на секунду и не стал рассматривать другие кандидатуры. В телефонной книге около двухсот номеров, за ними стоит столько же девушек, но вот досада, уже через каких-то пятнадцать минут их болтовня начнет меня доставать. Не буду отнекиваться, говорить с Даниэллой мне нравится. Никогда прежде не общался с девушками на равных, возносил свое превосходство.
- Аут, - ликовала Эшли. – Моя подача.
Не составляло труда подколоть ту же самую Хейсонвиль или Уизер, причем они сами даже не замечали этого. А Даниэлла в этом деле могла составить конкуренцию. Она умела не только слушать, но и слышать. К тому же у нее есть свои вкусы и взгляды, которые она отстаивает как настоящая львица, если они идут в разрез с моим мнением.
- Ты опять проигрываешь, - заметила Эшли.
- Мяч не вышел за пределы корта. Была линия, - возразил я.
- Не жульничай. Я все видела. Это ты не внимателен.
К тому же хотелось показать ей место, где я люблю забывать о городской суете и думать в одиночестве. Кажется, Даниэлла не очень-то мне доверяет. Заметил, как она забеспокоилась, когда я спросил, какая она настоящая. И дело не в том, что она сама этого не знает. Просто боится признаться.
- Я больше не хочу играть, - обиженно произнесла Эшли. – Ты постоянно где-то витаешь и не следишь за мячом.
Как ни странно известие о мачехе она приняла довольно легко. Лишь сказала, что ожидала подобного. Клубочек ее мыслей стал распутываться, когда она представила мне свои доводы.
- Ты помнишь, как мне делали операцию на сердце? – издалека начала она.
- Да, - сестра родилась с пороком сердца и ей еще до года сделали операцию. Теперь по ней даже и не скажешь, здоровье у нее отменное, к тому же открыта дорога в спорт.
- Давай позвоним родителям и скажем, что я попала в больницу. Они обязательно приедут. И тогда возьмем их тепленькими. Вдруг мама и папа поговорят и помирятся. Как Гари и Джейн.
- Эшли, если она узнает… и вообще-то это секрет.
- Не боись. Ты тысячу раз так делал. Что стоит провернуть это же с предками?
- А ты уверена, что отец приедет один? – ее план имел много нюансов и недостатков.
- А ты на что, Казанова? У меня может быть острая сердечная недостаточность? – спросила сестра.
- Эшли, я же не врач.
- Поэтому с мамой надо быть осторожнее.
- Твое желание помирить родителей эгоистично, - странно, но раньше я не обратил бы на это внимание, а только поддержал ее. – Это их жизнь.
- Эгоистичности я научилась у тебя, братик, - резковато ответила девушка. – Я просто хочу, чтобы они были вместе.
Все признаки указывали, что эта идея кажется ей гениальной, и она поспешит воплотить ее в жизнь.
Глава 34 Актриса
Эрик
Понедельник сам по себе тяжелый и сложный день. Прибавить ко всему встречу с дизайнером, коллекцию которого представляет следующий выпуск, Эшли с ее резким ухудшением здоровья, разговор с недовольной мамой, отчитавшей меня за безалаберное отношение к сестре. Кто бы говорил! Самое время залечь на дно и ждать, когда уляжется пыль от ядерного взрыва. Но по чистой случайности я оказался в эпицентре. Уговорив Даниэллу принять дизайнера и подделать мою подпись на бумагах из бухгалтерии, я поехал в аэропорт встретить отца и Бове (как знал, что экс модель увяжется за ним). На меня она не произвела впечатления. Высокая, длинноногая брюнетка с тонкой талией. На вид и не скажешь, что ей уже тридцать пять и модельная карьера уже не приносит миллионных контрактов, а молоденькие девушки дышат в спину и ждут малейшей ошибки, чтобы занять место под солнцем. Могу понять ее мотивы. Однако Бове не туда забросила сети. Какого бы мнения не был об отце, но он все равно оставался моим папочкой, который частенько забирал меня из школы и тайком от мамы покупал сладости и возил на карусели. И пусть я был на стороне мамы, но его я тоже любил.
- Ты, наверное, Эрик, много о тебе слышала, - она расплылась в притворной, приторной улыбке. – Очень рада наконец-то с тобой познакомиться.
- Не могу сказать того же, - заметил я.
- Сынок прояви деликатность, - настойчиво произнес отец.
Отец оказался молодцом и поселил Бове в отеле. Дома спектакль разыграли по высшему разряду. Эшли заставила Хуаниту (мексиканка-домопровильница) участвовать в представлении и заучить наизусть свою роль. Сама дива улеглась в постель и слабым шепотом отвечала на вопросы взволнованного отца, предлагавшего госпитализировать актрису. Приезд мамы прошел спокойнее, хотя всю дорогу в особняк она трепала мне нервы, призывая к заботе о младшей сестре.
- Неужели тебя и свои собственные дети не будут интересовать? – кажется, у мамочки кончается терпение. Не завидую Эшли, когда все всплывет. Хотя почему же. Отвечает обычно старший.
- Мам, ну какие дети? Не загоняй меня в гроб раньше времени, - зря я вообще открывал рот.
- Неужели я так и не дождусь внуков? – вздохнула она. – Ты разочаровываешь меня.
Войдя в дом, она первым делом направилась к мнимой умирающей. Хуанита выразительно прочитала ей свои слова и ее отпустили на кухню, чему она была несказанно рада. Глядя на сестру, я решил, что учиться ей нужно в театральном. Эшли уговорила отца посидеть с ней, что плавно перетекло в поразвлекай меня. Просто картинка как из детства. Папа лежит рядом с Эшли и читает ей какую-то бредоватую фантастику, исполняя предсмертное желание актрисы. В дверь влетает мама и кидается к больной. Я чуть не засмеялся, чем мог испортить всю малину, и ушел на кухню к Хуатине, которая поспешно готовила обед на всю семью.