Целыми днями на диване сидит, дармоедка, готовить научится не может.
Прошла мимо меня с кастрюлей — вылила суп в унитаз. У меня на глазах вскипели слезы. Сражаться со свекровью бесполезно. Я пыталась раньше. Степка вставал на сторону матери, а если и говорил ей хоть слово поперек, та сразу скорую вызывала, сердце у нее и давление. И делала что хотела, остановить ее, как против танка идти с голыми руками.
— Пирог жёсткий, как подошва! — крикнула она с кухни. — А у моего Степы гастрит!
Степа был здоров, как бык. Я прошла в детскую и села на кресло. Ванька залез ко мне на колени и обнял, как во времена когда совсем малышом был.
— Мам, я правда еще домой не хотел, — сказал тихо мой сынок. — Наша группа только на улицу собираться стала, а тут бабушка пришла.
— Знаю.
— А суп у тебя вкусный. И пирог.
— Вот уйдет бабушка и сходим погулять во двор.
Свекровь бушевала еще два часа. Лишь когда ушла стало спокойно. Мы с сыном вышли гулять, все равно муж возвращается с работы поздно. Ванька наигрался в футбол, от души набегался, раз упал ссадив коленку. Зинаида Павловна увидит — все мне выскажет. Дескать и дома ничего не делаю, и за сыном уследить не могу, совсем никуда не гожусь. Я вздохнула.
Я была права — муж вернулся домой ближе к полуночи. Ванька уже давно спал. Я лежала, выключив свет, но уснуть не могла, снедали мысли, все, как одна — безрадостные. Степа вошел тихо. Разулся, чуть споткнувшись в прихожей и вполголоса выругавшись. Зашелестел одеждой. Мерно зашумел душ.
Я не встала, чтобы предложить ему ужин — задерживаясь на работе он ел в кафе. Может, права Жанка? Я уже успела забыть, что такое руки мужа на моем теле.
Он вошел в спальню. Лег. Натянул на себя одеяло, привычно повернувшись ко мне спиной. И я — решилась вдруг. Приблизилась к жаркой мужской спине, вдохнула воздух, словно пытаясь уловить аромат чужих духов. Но пах он лишь чистотой и свежестью геля для душа. Коснулась его предплечья, пробежалась по нему пальцами, опустила ладонь на мужской живот пытаясь начать в игру, игранную уже сотни раз, но все равно казалось — правила мной то ли забыты, то ли изменили их не поставив меня в известность.
— Устал я, — буркнул Степа. — Спи.
Я откатилась на свою сторону кровати и вцепилась зубами в уголки одеяла, пытаясь сдержать непрошеные слёзы, а то и крик. Кричать никак нельзя — Ванька проснется в соседней комнате, испугается…
Глава
2. Таня
Утром в ванной я несколько минут смотрела на тест. Задержка у меня была уже почти два месяца. Тест делать страшно, хотя купила я его уже несколько дней назад. Мне вспоминалось, каким сладким был Ванька почти шесть лет назад. А как потягивался со сна! У меня внутренности сводило от желания пройти это все снова. Но во первых близость с мужем у меня и правда случалась раз в несколько месяцев, торопливо в впопыхах. Я винила себя. Надоела ему? Может поправилась? Придирчиво смотрела на себя в зеркало — вроде нет. Постарела? Так тридцати еще не стукнуло. Жанка вон гуляет и в ус не дует и всем нравится. Во вторых… Свекровь. Она так и не дала мне насладиться первыми месяцами с Ваней. Постоянно поучала. Постоянно делала по своему. Ведь снова так будет, уверена… тест я спрятала в шкафчик, на полочку с ватными палочками и прочей нужной мелочью.
Дверь открылась за полдень. Я надеялась утро провести с мужем и сыном, но Степа все утро проспал и только вот проснулся.
— Поели уже?
— Степа еще нет, — начала было я.
— А все потому что ты опять до обеда спала.
Я было вспыхнула от обиды, но она сама унялась — привыкла уже. Жанка была права и свекровь на мне ездила, но как изменить положение я не представляла.
— Степа, — сказала свекровь, когда муж сел за стол. — На дачу поехали сегодня, бетономешалку через полчаса привезут, фундамент под баню залить нужно.
— Он устал, — встряла я.
— Все устают. А как в бане париться, так первые. Рабочих нанимать дорого, доедай и поехали.
Я смирилась, как и всегда. Была бы тут Жанка, закатила бы глаза и попыталась бы за меня заступиться. А мечталось ведь, что поедет свекровь на дачу одна, а мы тут втроем, как настоящая семья…
— Ваня, — крикнула я в комнату сыну. — Собирайся, на дачу едем.
Свекровь даже глаза округлила.
— А вы там зачем? — удивилась она. — Под ногами мешаться? Там весь участок в досках, из них гвозди торчат, душ летний разбирали, Ванька непременно наступит. И потом Степа работать будет, фундамент заливать, а ты только отвлекать и горазда.