Я вздохнула — так тоже неплохо. С Ванькой мы время проведём отлично, поедим мороженое, фильм или мультик посмотрим. Квартиру отмою. Высплюсь. Поэтому я огорчилась, но не так чтобы сильно, дверь за мужем и свекровью закрыла даже с облегчением. Телефон зазвонил через два часа. Я подумала было муж, но звонила Лена — соседка по даче.
— Ни стыда у вас, ни совести! — воскликнула она в трубку.
Я напряглась — может ремонтные работы приносят слишком много шума и пыли?
— Это ненадолго, — ответила я.
— Ага, — засмеялась Лена. — Мне бы как то этот день пережить. Шашлыками пахнет невыносимо на всю округу, я слюной скоро захлебнусь. Может, занесёшь пару кусочков?
— А я не поехала, — растерянно ответила я. — Остались с Ваней в городе.
Лена замолчала. Я пыталась разобраться в своих мыслях. У них что, праздник какой-то? Почему меня не позвали?
— Ну так-то оно правильно, — успокоила меня Лена. — Зачем ребенку смотреть на пьющих людей и музыку громкую слушать?
Мне до ужаса хотелось спросить кто там на даче есть и как все проходит, но тогда Лена бы поняла, что мой брак трещит по швам. А мне не хотелось чужой жалости. Увидимся с Жанкой, ей выплачусь. Хотя та станет звать дурой, а я и так знаю что дура, лучше бы сказала, как перестать ею быть, если я по другому ее умею.
Вечером, когда наваливались теплые майские сумерки я позвонила мужу. Трубку он взял. Где-то на фоне играет музыка, слышен смех, если спросить скажет, что я паникёрша, что это соседи шумно гуляют.
— Как ты там? — спросила я.
— Устал, — ответил Степа.
Теперь устал — самое частое его слово.
— Много сделали?
— Фундамент залили, завтра с утра платформу залью под печь и можно будет домой ехать. Ты давай, мне до темноты еще дел переделать.
— Хорошо, пока, — попрощалась я. — Ты огурцов нарви в теплице, хорошо? И зелени на салат.
Оделась. Позвала Ваньку и пошла на остановку — автобусы еще часа два три будут ходить. Ехали мы до свекрови, ужасно хотелось одну теорию проверить. Во двор ее зашли когда уже почти совсем стемнело.
— Мы к бабушке? — спросил Ванька.
— Нет, — сказала я. — Просто гуляем.
— Тогда я на горку побежал, она тут самая крутая.
Я кивнула. Подошла к дому, нашла окна свекрови. Они — светились. Забыла погасить свет когда уезжала? Не похоже на нее. Свекрови от покойного мужа неплохое наследство досталось, но она все равно экономила каждую копейку. Я оглянулась на Ваньку в одиночестве съезжающего с горки и вернулась взглядом к окнам. Дождалась — вскоре в кухонном окне показалась сама свекровь. Стояла держа в руках крышку от кастрюли и видимо разглядывала свой будущий ужин. Она не на даче. Она и правда покрывает своего сына, чтобы он не делал сейчас.
Я утёрла слёзы обиды. Хотелось прямо сейчас же заказать такси и ехать на дачу, посмотреть что там происходит. Но Ваньку одного в ночь дома не оставишь, а с собой его везти — только в отце разочаровывать. Потерплю, правда все равно всплывёт. Да и страшно, что потом с ней делать, с правдой этой?
И как я так докатилась? Послушная дочь. Староста в школе. Староста в университете. Умница-разумница, красавица. Что со мною сталось? Когда и где я свернула не туда, став бессловесной тенью мужа, дрожащей при виде своей свекрови?
— Мам, — крикнул Ваня. — Ты грустная?
— Немного, — согласилась я.
— А ты с горки скатись, сразу весело станет. Она страшная, жуть!
Я посмотрела на себя. Выцветшее старое платье. Волосы в пучок. Тень прежней себя. Когда я радовалась в последний раз? И не помню даже. И вдруг я взяла и правда, полезла на дребезжащим ступеням наверх. Горка была высокой и крутой. Уже стемнело и от того ее зев казался чёрной дырой в пространстве.
— Не трусь, — рассмеялся Ванька.
— А вот и не трушу, — ответила я.
Села на прогретый солнцем за день металл и Ванька толкнул меня в спину. Летела я несколько секунд, но дух сперло, юбка задралась я успела вскрикнуть и вывалилась с металлического серпантина на песок ушибив колено. И пусть, оно того стоило, я даже рассмеялась в голос.
— Весело? — спросил Ванька подойдя.
Я так и лежала на песке и смотрела на своего сына снизу вверх.
— Весело, — согласилась я.
— Вот, а ты грустить вздумала. Подвинься, я еще раз скачусь, а то упаду прямо на тебя.
Ванька скатился и мы пошли домой. А Стёпа вернулся только к вечеру воскресенья. Не забыл привезти зелень и огурцы. Длинные, китайские, а свекровь предпочитала сажать короткие луховицкие. На одном огурце красовалась позабытая наклейка из супермаркета — самому Степе лазать по грядкам было явно лень.