Мда… Газетчики на мне неплохо заработали – как бы, не сгореть от жгучей зависти!
В связи с обнародованием счётов некоторых коммунистических вождей в швейцарских банках (якобы только лишь у одного Дзержинского, там хранится порядка восьмидесяти миллионов) буржуазная пресса задаёт такой очень интересный и справедливый вопрос: если, ещё с дореволюционных времён, Россия задолжала французским вкладчикам огромные деньги – почему бы не надавить на власти Швейцарии, для их конфискации?
В печатных СМИ – плотный наезд на Французскую коммунистическую партию. Продажные буржуазные писаки обзывают её «наймитом Коминтерна», орудием национального порабощения шайкой интернациональных авантюристов-бандитов из Москвы, требуют запретить и изгнать коммунистов из Парламента. Своим «красным» припомнили все грехи – особенно недавние выступления против подавления французскими войсками национально-освободительных движений в Рифской области, в Марокко и в Сирии.
В главном печатном органе ФКП – газете «Юманите», самая настоящая паника.
Партию покидают интеллектуалы – дающие финансовые влияния сравнимые с коминтерновскими: Андре Бретон, Луи Арагон, Жордж Политцер и, прочие… Даже рабочие, массово переходили обратно в левое крыло Французской секции «Рабочего интернационала» (СФИО) – откуда и, произошла местная компартия.
В «реальной» истории, если моё «послезнание» не врёт, так или примерно так – произошло в феврале 1927 году, когда полиция нанесла решающий удар по обнаглевшей советской (на самом деле коминтерновской) разведке во Франции – в открытую обзавёдшуюся, даже собственной мощной радиостанцией.
Тоже – кем-то явно организованная и тщательно спланированная акция…
Но в этот раз, «режиссёром» был я!
Время в дороге прошло отнюдь не скучно и в высшей степени полезно.
Хотя после Минска, отведав моих «грибочков» – мой попутчик был в «глухой завязке» насчёт выпить, мне удалось разговорить его и вытянуть кое-какие сведения.
Я так восхищался Генрихом Ягодой, что тот не сдержавшись:
– Да «шестёрка» твой Ягодка!
– С чего бы это он был моим?! И на кого же он «шестерит», если не секрет?
– Какие могут быть секреты между своими? – но на всякий случай шёпотом, – Ягодка ходит под Авелем Енукидзе… Знаешь, такого?
Знать-то этого мутного типа по прозвищу «Золотая рыбка» – я знаю, но не могу понять какую должность в системе власти занимает этот педофил, чьё имя и деяния из «Дневников Златы Лилиной» – так и мелькают на страницах западной прессы. Скорее всего, это «многостаночник»: член президиума ЦКК, Член ЦК ВКП(б), Член Центральной контрольной комиссии ВКП(б), Председатель Комиссии по контролю за повседневной деятельностью Академии наук, Председатель Правительственной комиссии по руководству Большим и Художественными театрами…
Наконец – крёстный отец.
Нет, не мафии!
Крёстный отец супруги Сталина – Надежды Аллилуевой, что ещё хуже.
Ну и естественно – жертва заслуженных репрессий и незаконных реабилитаций, тут уж как водится.
– Да, откуда нам, дуракам… А под кем этот Авель «ходит»? Под Сталиным?
Давид, слегка презрительно:
– А кто такой Сталин?
Морщу лоб:
– Если не изменяет память – Генеральный секретарь…
– Вот именно, что «секрётарь»!
Мне стало обидно за лучшего друга всех советских ботаников и, я:
– А кто такой твой Авель?!
– «Кто такой Авель Енукидзе», спрашиваешь? – Лейман закатил глаза к потолку двухместного купе и восхищённо завыл, – ооо…! Это… БОЛЬШОЙ ЧЕЛОВЕК!!!
Здесь ещё раз подтвердилось, что каждый представляет власть со своей собственной «колокольни». Если словам Леймана верить, Авель Енукидзе – самый главный в Кремле. «Золотая рыбка», исполнял среди «кремлёвских» те же функции, что и Ягодка среди «гэбни» – был всемогущим завхозом, то есть. В эпоху тотального дефицита, это действительно – непреодолимая сила…
До поры до времени, непреодолимая!
До той поры – когда всё будет решать не «блат», а «кадры».
По словам мнимого армянина, Енукидзе мог достать для кремлёвских «небожителей» абсолютно всё: от деликатесов из-за границы на стол – до девочек из Большого театра в постель.
Словами Давида, Авель мог организовать всё что угодно: от банкета в честь какого-нибудь торжественного случая – до государственного переворота… Ибо, оказывается вовсе не Сталин ему был лучшим другом – как про то «наши» историки пишут, а Комендант Кремля Рудольф Петерсон – обеспечивавший безопасность правительственных учреждений.