– Это возымело своё действие. Вскоре, меня вызвал к себе сам Ленин и говорит: «Возьмите как можно больше денег, присылайте отчеты, если можно, газету – а вообще, делайте, что покажет обстановка, только делайте!».
Я несколько засомневался в правдивости его слов:
– Что? Прямо так из кармана или даже из ящика письменного стола, Ильич взял и выложил тебе денег?
– Нет не из кармана или письменного стола. Деньги я получал через Ганецкого…
Боковым зрением вижу – мой напарник при упоминании этой фамилии, несколько напрягся.
«А это что ещё за хрен с бугра?».
Усиленно шевелю извилинами, вроде что-то знакомое – но ничего не могу вспомнить про этого типа:
«Должно быть большая шишка, этот Ганецкий: где деньги, там и власть».
Спрашиваю напрямую:
– Этот твой Ганецкий – большевицким «общаком» банковал, что ли?
Давид Лейман, ёрзает на стуле – как будто ему опять «на дальняк» приспичило, а товарищ Рейх обстоятельно рассказывает:
– Можно сказать и так. Через неделю после Октябрьского переворота, Ганецкий был назначен заместителем Наркома финансов и управляющим Народным Банком РСФСР. Одновременно, он заведовал «Госхраном» – куда свозились конфискованные у аристократии и буржуазии драгоценности. Из этой организации пополнялась партийная касса, но не официальная – которой распоряжался ЦК ВКП(б), а секретная – бывшая в распоряжении лично Ленина.
– Ну, тогда понятно… Рассказывай дальше.
– В первый раз, это было ещё в двадцать первом году, Ганецкий завёл в большую комнату, заставленную золотом и драгоценностями в ящиках и кучами на полу и, сказал: «Бери сколько надо на германскую революцию!». Я и брал. Брал, сколько мне надо.
– Конкретнее! Сколько взял в первый раз?
Тяжело вздохнув, вспоминая славные – но канувшие в Лету, времена:
– В первый раз, чтоб не перегружаться тяжёлым золотом, я взял лишь два чемодана – набитых шведской и немецкой валютой (всего около миллиона, если довоенными рублями) и, бриллиантами. Валюта скоро кончилась – даже на почтовые марки не осталось, а «камешки» я продавал ещё три года.
– На что была потрачена валюта?
– Раздал товарищам… Это была моя ошибка: когда вернулись в Германию – я их больше не видел.
Про себя усмехаюсь:
«Или, они тебя больше не видели».
– Получается, что в дальнейшем – ты оставлял получаемые суммы у себя? – делаю вполне логичное предположение, – чтоб почаще видеться с товарищами?
– Да! Я выдавал деньги небольшими суммами.
– Но всех получаемых из Москвы денег, таким образом выдавать не успевал, поэтому у тебя скопилась такая большая сумма? Так?
Опустив глазки долу, еле слышно отвечает:
– Так…
Хм… А сколько таких «товарищей Томасов» было по белу свету? Ведь, щедрая рука Коминтерна дотянулась даже до Латинской Америки:
Спрашиваю:
– Ты один был такой умный?
– Нет! Я всего лишь курировал финансирование революции в Германии и странах Центральной Европы. А основные усилия было решено направить на Восток, в первую очередь на Китай. Только в первый год и только на пропаганду в Китае, было выделено более ста тысяч рублей золотом.
В принципе, мне это было известно.
«Мировая революция начнётся на Востоке», – из середины девятнадцатого века предрёк Маркс, и чтобы его пророчества не оказались пустопорожней болтовнёй, московские марксисты-ортодоксы вбухивали миллионные средства в…
Во вполне себе буржуазную, мало того – консервативную и националистическую китайскую партию «Гоминдан». Ну и, следовательно – в создание и подготовку гоминдановских войск…
Это ж надо вдуматься: в России большевики гнобили русских за «великодержавность», а в Китае взращивали китайских националистов!
Не… Умом такое не понять и, никаким аршином не измерить.
Это потом, в конце 20-х годов, когда Чан Кайши пошлёт кремлёвских марксистов-теоретиков на вполне конкретный «нефритовый стержень» и, начнёт методично и последовательно вырезать собственных косооких «красных» – в Кремле переобуются в воздухе и примутся заполошно взращивать «Великого кормчего» и Коммунистическую Партию Китая (КПК). А пока в различных учебных заведениях Советского Союза – проходят подготовку весьма значительные по численности группы офицеров армии Гоминдана.