– Не то слово – калдырит, просто безбожно!
Известия из Ульяновска заставляли поторапливаться, поэтому положив руку на плечо – пристально глядя в глаза, вполне недвусмысленно – гружу максимально:
– Есть у меня подозрение, что с Валерином Владимировичем – в самое же ближайшее время произойдёт несчастный случай… Точнее сказать, на него будет совершенно злодейское покушение и он будет убит.
У Миши бегают глаза:
– Да, что ты говоришь?! И что же ставится моей целью? Предотвратить покушение?
– Ммм… Пожалуй, нет. Установить исполнителя и главное – заказчика и группу заинтересованных лиц.
– А если это будет несчастный случай?
– Тем более! У каждого «несчастного случая», Миша – есть фамилия, имя и отчество.
Товарищ Каганович, извините за плагиат!
Мишка, дурашливо раскланивается:
– Спасибо, запомню эту мудрость от самого Ангела… Затем, что?
– Затем, через подставное лицо желательно, к примеру: через вышестоящего Начальника своего Особого отдела – ты должен раскрыть антиправительственный заговор. Участники заговора: Авель Енукидзе, Рудольф Петерсон и обязательно Генрих Ягода – как непосредственный организатор убийства Куйбышева. Исполнителем же пусть будет Яков Блюмкин, а орудием убийства – его «Кольт»… Усёк или повторить, Барон?
У Мишки глаза круглые – как у героя японского мультика, присевшего покакать:
– Если ты – Ангел, Серафим, но я-то – не Господь Бог!
Угораю со смеху, от его вида:
– Ты просто недостаточно о себе знаешь, Барон. Хахаха!
Посерьёзнев:
– Миша… Главное правило – которым я руководствуюсь уже несколько тысячелетий, гласит: «Никогда не отдавай невыполнимых приказов». Поэтому у меня нет никакого сомнения, что ты справишься.
Протягиваю компромат на Ягоду и некоторых других товарищей из ИНО ОГПУ – найденный на парижской квартире безвременно от нас ушедшего товарища Отто… Ничего, конечно серьёзного. Так – галимое и морально-бытовое разложение, максимум наказания – исключение из партии и лет десять понижения в правах.
– Это тебе «запал», а «бомбу» – ты должен сделать сам.
Миша, по моему настоянию – брал уроки у «фармазона» Филина, был тем признан «невероятно способным» – мог подделать любой почерк и, даже за ночь нарисовать денежную купюру – чего я, например, так и не постиг.
Коротко проинструктировал, предложил несколько своих вариантов и в ответ выслушал пару его:
– Строгого плана всё одно не получится, действуй по обстоятельствам, Барон.
Напоследок поощряюще-дружески хлопнув по плечу:
– Да, ты не очкуй! Из «небесной канцелярии» уже пришла депеша, что скоро такое начнётся… Любая «липа» пролезет – лишь бы она помогла найти «крайних» и отвлечь внимание электората. Да и тебе, «посильное» участие в раскрытии заговора – лишним в карьере чекиста не помешает.
Наконец, уже попрощавшись, спохватываюсь:
– Блин, чуть не забыл! Миша, если будет возможность – пробей там по вашим каналам про некого Якова Ганецкого… Кто такой, чем занимается и под кем «ходит». Хорошо?
– Сделаю!
Естественно, не мог не посетить самого Ягодку!
С моей стороны это был бы совершенно канифольный моветон.
На Лубянку разумеется не пошёл – делать там мне абсолютно нечего, без приглашения заявился к нему домой по известному адресу.
Замечаю: что-то здесь как-то малолюдно по сравнению с прошлым разом и, в тоже время – несколько суетливо. Все домочадцы и, их прихлебатели – какие-то перепуганные, да?
Как будто сидят на чемоданах, готовясь к «рывку»…
Никак «пригорает», да?!
Оставляю внизу трёх своих немцев-телохранителей и, плечом отстранив с дороги какого-то, что-то вяло вякнувшего хлюста, поднимаюсь в хозяйский кабинет.
В этот раз перед ним лебезить не надо было, ибо в ближайшее время я не собирался в загранкомандировку…
От этой, впечатлений на две жизни хватит!
Но согласно заветам Петра, перед начальством надо иметь вид лихой и придурковатый.
Поэтому, в соответствии с уставами козырнув, высокопарно отрапортовал:
– Таащ, задание выполнено! Предатели уничтожены, а другие – ещё сто раз подумают, прежде чем изменить делу Мировой революции!
И поставил на стол пред ним, уже сказать по правде – осточертевшую коробку из-под шляпы.
Сперва потянув носом, Генрих Григорьевич Ягода поднял крышку, вскочил – как шилом через кресло кольнуло и, у него чуть глаз не выпал:
– ЧТО ЭТО?!
Я, стоя на вытяжку, невозмутимо:
– Сверху – искусственный мужской половой член, по-научному – «фаллоимитатор». Под ним – вещественные доказательства выполнения задания: скальпы изменников пролетарскому делу.