Подняв ногу обутую в новенькие берцы артели «Красный лабутен», он её продемонстрировал – как будто свои никто не видел:
– И теперь посмотрите – кто мы! Как мы одеты, во что обуты, где и на каких должностях сидим и, с какими людьми общаемся!
Потом, обращаясь ко мне:
– И, что? Всё это кошке под хвост?
Я промолчал, а вместо меня, из-за его спины, дружно:
– Нет, ни за что!
Умный парень и понимает: двинуться дальше без моих «планов» – в группе «альпинистов» или без неё, ему – будет весьма и весьма затруднительно.
Получив поддержку, от имени всех обращается ко мне:
– Серафим! Составь план и, мы все вместе – преодолеем и Погребинского!
После непродолжительного раздумья при хрустально-звенящей тишине, как будто окончательно решившись, встаю и пристально-внимательно оглядев всех – я делаю отмашку рукой, как посылая в атаку:
– Хорошо! Будет вам план. А пока надо сидеть тихо как мыши под веником, собирать информацию и ждать моего возвращения из Парижа.
Напоследок, твёрдо прямо глядя в глаза Ефиму:
– И помните, парни: Серафим обязательно вернётся и каждому воздастся по делам их!
Когда пришли домой, усадив напротив себя за стол Елизавету:
- А сейчас я хочу поговорить с тобой.
Ей, предстоит совершить самое главное в моих задумках, поэтому разговор был сугубо индивидуальным.
Та, с готовностью:
– Хорошо, давай поговорим… А о чём?
– В первую очередь о тебе, Лиза. Знаешь, что ты – самая главная в Нижегородском Губкоме комсомола?
Та страшно удивилась, при этом слегка негодующе надув губки:
– Почему же? Я всего лишь занимаюсь канцелярщиной – «перекладываю» папки с личными делами комсомольцев с одного места на другое. Никто из ребят не хотел этим заниматься и, заранее сговорившись – они на общем собрании выдвинули мою кандидатуру и дружно проголосовали… А потом хихикали за моей спиной – я разве не слышала?
Я не стал ей говорить, что по сути – она заняла в нижегородском комсомоле то место, которое в партии в целом – ныне занимает набирающий политический вес Сталин.
Ещё возомнит о себе что!
Целую её в гордый аристократический лобик:
– Моя Королева! Ты теперь – вершительница судеб. Ибо ты можешь по каким-либо своим пристрастиям одну «папочку» с личным делом положить на стол перед Ефимом, а другую – задвинуть куда-нибудь подальше в самый тёмный угол, чтоб она сто лет на глаза ему не попадалась.
Кстати, я всем ребятам говорил о важности кадровой работы и, в первую очередь лидеру «группы альпинистов» – Ефиму Анисимову… Но, что-то пока не дошло-зашло.
Эх, молодость… Шашки наголо, вперёд – у всех на виду!
Вот, смотрите-любуйтесь – какой я на митинге, во что одет, как и о чём говорю…
Впрочем, и такое нужно, согласен.
Лиза насторожилась:
– Зачем, скажи, мне это делать? И что за «пристрастия», такие?!
– А это, детка, называется «политическая борьба». Ты можешь «своих» людей поднимать наверх, а «чужих» – топить. Только это надо делать очень осторожно – «порционно» так сказать, чтоб никто не мог сложить все плазы головоломки воедино и разгадать ребус… Понять, что происходит в целом – хочу сказать.
Так откровенно, я ещё ни разу не говорил никому из своих ребят! Но, девочки взрослеют раньше мальчиков – ей уже можно.
Довольно искренне возмущается:
– Это получается за спинами своих друзей плести какие-то козни? Интриги?
Пожав плечами, как будто об довольно обыденном делом:
– Они же за твоей спиной уже устроили одну «кознь», сама ж только-только жаловалась? Тем более, эти «интриги» могут быть не вредными для ребят – а наоборот, для них очень полезными. Всё от тебя зависит!
Задумалась:
– Конечно, мне моя «la maman» говорила, что за вами – мужчинами, надо всегда присматривать – как за маленькими мальчиками… А это не будет подло?
Вздыхаю тяжело:
– Эх, молодая ты ещё – наивная как кукла Барби с «автоматическими» глазищами… Ну, ничего: я тебя научил сушить мозги ухажёрам – научу и вертеть политиками. И первым делом запомни, моя девочка: таких понятий, как «подлость» или «предательство» – в политике не существует!
Широко раскрыв глаза, она:
– А если эта подлость или предательство будет в отношении тебя, Серафим?
У меня в груди что-то ёкнуло и сжалось, как от предсказания судьбы цыганкой… Но довольно бодренько, нравоучительным тоном:
– А это смотря в каких целях, моя Прелесть! Если в своекорыстных, то просто – подлость и предательство… А если в общественных интересах, то – политическая необходимость.