Сказать по правде, я очень мало про него знаю…
Знаю лишь, что как и его старший брат – бывший царский генерал Михаил Дмитриевич Бонч-Бруевич, перешедший на сторону большевиков, он вполне благополучно переживёт репрессии и скончается своей смертью.
Не знаю, что от него ждать, но например все разговоры о переводе русской письменности на латиницу – разом стихли.
Видать у кремлёвских конкретно пригорело с их мечтой об участии западного капитала в восстановлении разрушенной ими российской промышленности и, после того как стало ясно что Мировой революции им не видать – а жить как-то надо, они вспомнили про людей компетентных. Поэтому после назначения Льва Троцкого Наркомом обороны, его место на должности Председателя «Главного концессионного комитета при Совете Народных Комиссаров СССР» – занял Красин, бывший до этого послом в Париже.
Так как я был знаком с ним через главного нижегородского энергетика Комарова Даниила Игоревича и Леонид Борисович – хорошо мне помог во время моего пребывания в «парижской командировке», можно надеяться на продолжение сотрудничества и, стало быть – считать его тоже членом моего лобби.
Вот только жаль, что он уже неизлечимо болен и осенью этого года – умрёт от белокровия.
Искренне жаль!
С целью найти подход к таковым, я первым делом поговорил всерьёз с Краснощёковым. Тем более – он сам, как будто постоянно провоцировал меня на это, вспоминая про свой былой – почти вертикальный взлёт и, такое – почти вертикальное падение.
Всю душу мне извёл, все нервы вымотал своим нытьём!
По своему обыкновению, начал серьёзный разговор – подкатывая к основной теме издалека:
– Ваша беда, Александр Михайлович, что Вы – одиночка. Ваши же враги в партии – уже давно сплочены в кодлу и не в одну. Вы же, сильно напоминаете мне отличника в школе – перенаселённой хулиганами…
Насколько мне известно, царским гимназиям и реальным училищам – были присущи все пороки советских учебных заведений. А среди кадетов военных училищ процветала самая настоящая махровая дедовщина – от которой перестроечный «Совет солдатских матерей» опысцался бы залпом, в полном составе.
– …Так или иначе, рано или поздно – но Вас «подвинули» бы. И скажите спасибо – что ещё легко отделались!
В глазах Краснощёкова мелькнул ужас:
– «Легко отделались»? Вы так про Илью Соломоновича Соловейчика?!
Видать, это зверское убийство – сильно повлияло на психику первого советского коррупционера и, надеюсь – больше воровать он не будет.
Печально-согласно киваю головой:
– Да, уж… Такую смерть – не дай Бог каждому! Мне или…
Гляжу прямо в глаза:
– …Вам, дорогой Александр Михайлович.
Тот, вздрогнул.
Навряд ли он решит, что такая ужасная смерть как «колумбийский галстук» – моих рук дело.
Но подсознательно – это будет над ним довлеть всю жизнь…
Практическая психология, мать её етти!
Траурно помолчали и, затем я делаю «дальний заброс»:
– Никогда не понимал одной вещи: в принципе «отличников» в школе тоже хватает – в каждом классе – два-три по крайней мере точно имеется. Так почему они не могут точно так же объединиться в кодлу и дать отпор быдлоте? Ведь, по большому счёту – хулиганов не больше их: основную массу в любом коллективе составляет пассивное большинство – которое всегда за тех, «кто побеждает».
Тот, понимающе на меня глядучи:
– Возможно, по складу характера они – индивидуалисты и не склонны к объединению в так называемые «кодлы»?
– Хм… Что ж, тогда получается? Они, по складу характера – «склонны» каждый раз сидеть в одиночках…? Ой, извиняюсь, обмолвился – вечно ходить с битой мордой? А подрастут наши хулиганы – они могут и к стеночке поставить… Ой! Извиняюсь, опять оговорился – ножичком острым отличника пырнуть!
Но Краснощёков всё понял и, в шоке воскликнул:
– За что?!
Улыбаясь, подмигиваю:
– Ну, прям – так уж и не за что! А за что Робеспьеру и прочим Дантонам – шею зелёнкой намазали? …Ещё раз извините – после контузии заговариваюсь, у меня и соответствующая справка есть. Чтоб показать свою крутизну хулиганам из соседней школы, для чего же ещё?
Глубоко и надолго задумывается и, выдаёт «на-гора» – на первый взгляд парадоксальную идею, к которой впрочем – осторожно и аккуратно подвёл его я:
– Возможно отличников в школе смог бы организовать в «кодлу» какой-нибудь другой – «добрый» хулиган? Знаю, я тут одного такого…