Слышу несколько ревнивые нотки:
– И кто же их военных специалистов «иностранного происхождения», учавствует в проекте? И кто курирует проект «Трансгендер» по линии Наркомата обороны?
Улыбнувшись снисходительно-доброжелательно:
– Если согласитесь присоседиться к группе «Трансгендер» – узнаете про своих подчинённых, абсолютно всё. Вплоть до вредных привычек и пагубных пристрастий – ибо это будет входить в ваши должностные обязанности. Насчёт же «кураторства»…
У того, аж из ноздрей искры, а из ушей дым и, не дослушав вскакивает:
– «ПОДЧИНЁННЫХ»?!
– Совершенно верно – подчинённых, Вы не ослышались. Как можно понять – эксперименты довольно успешно прошли с рядовыми «супербойцами», с младшим и средним командным составом…
Перебивает нетерпеливо:
– Извините, но про последних трансгендеров – «суперкомандиров», я не совсем понял. Очень много научных терминов – которых…
Понятно. Про «супербойцов» ему всё в доступно-популярной форме изложил Какурин со слов мнимого Швейка, а информацию про эксперименты с командирами в письменном виде – я специально запутал.
– Мы взяли с десяток командиров, выдвинувшихся во время Гражданской войны – буквально «от сохи», на должности вплоть до командиров батальонов включительно. Большинство из них – еле-еле читало по слогам, двух слов на бумаге связать не могло и про таблицу умножения имело самые смутные представления. Да, что там! Слово «диспозиция» не могли правильно выговорить и путали её с «дислокацией». Хахаха!
– Хахаха!
Посмеялись, потом я предельно серьёзно:
– Буквально через полгода – восемь из них знало один иностранный язык и три языка народов СССР в совершенстве, обладало словарным запасом профессора словесности, знало назубок таблицу логарифмов и делало математические вычисления со скоростью арифмометра.
– НЕВЕРОЯТНО!!!
После восторженных эмоций, вдруг вспомнил:
– «Восемь из десяти командиров», говорите? А что же случилось с оставшимися двумя?
– Они умерли… К сожалению, технология ещё «сыроватая» – до конца не отработанная.
Когда всё «ровно да гладко» – это ведь подозрительно, да? Поэтому, в данном случае – «ложка дёгтя» не испортит «бочку мёда», а лишь предаст ей особо пикантный привкус смертельного риска.
Траурно помолчали и, затем я продолжил:
– Самые же невероятные способности у подопытных – проявились в умении играть в шахматы и настольную игру «Мировая революция»…
Хоть и несколько не по теме, но не могу не похвастаться одним из своих самых первых прогрессорских успехов!
Когда Льва Давыдовича Троцкого в первый раз «ушли» с поста Председателя Реввоенсовета (к чему я тоже изрядно приложил руку), но напоследок «уходящий мавр» – успел сделать своё дело: приказал ввести в военных училищах обязательное обучение и регулярные игры-соревнования в «Мировую революцию».
Его словами:
«…Ведь эта игра в иных случаях даже больше, чем спорт, вырабатывают в человеке смелость, находчивость, хладнокровие, волю, а главное (чего не имеет спорт) – развивает стратегические способности. Скоро уже мы разослали всем нашим начальникам территориальных военных округов и училищ распоряжение о культивировании игры «Мировой революции» и о содействии в организации соответствующих кружков…».
Ему вторил Николай Васильевич Крыленко – одна из крупнейших фигур в политическом руководстве СССР, который прямо заявил, что рассматривает искусство игры в «Мировую революцию» – как политическое орудие стратегического значения.
Ещё дальше пошёл возглавивший Совнарком Алексей Иванович Рыков, выделивший из бюджета страны 30000 рублей золотом на организацию турниров – в том числе и международных. После чего, в СССР начался настоящий грандиозный бум этой настольной игры.
Когда же Троцкий вернулся на пост главы Красной Армии и флота, он с утроенной энергией взялся за насаждение это игры среди свои подчинённых.
Не знаю, какими способностями обзаведутся красные командиры – научившись виртуозно играть в «Мировую революцию»… Но ульяновские кустари-надомники, артельщики-кооператоры, бюджет города и волости и, я лично – наварились с того «бума», просто сказочно!
Вижу, на Тухачевского это произвело должное впечатление и, как бы погружаюсь в якобы обычное для учёных задумчиво-рассеянное состояние. Помолчав, он очень осторожно:
– Извините, профессор…
– Да, да?
– При телефонном разговоре, Вы обещали что сделаете мне «предложение – от которого я не смогу отказаться»…