Денни в этот момент был загружен десятком головняков и прочих встреч, и я невольно пообщался с нашим юристом. Точнее не юристом, а адвокатом и не нашим, а профсоюзным. Однако род деятельности никак не повлиял на этого человека, и он оставался таким же идеалистом, как и мой опекун, пускай и куда в меньшей степени.
Так что сейчас мы ехали на машине Джеймса Якобса профсоюзного адвоката. Я сидел на заднем сиденье, а Денни на переднем пассажирском и сосредоточенно насиловал магнитолу. Нет, ну честно, эти его постоянные скачки между частотами местных развлекательных радиостанций начали утомлять. Впрочем, не только меня.
— Денни, — вздохнул адвокат, но опекун вскинул руку в жесте тишины, вслушиваясь в очередной поток рекламы:
Топочный спирт «Арктический лис» настолько хорош, что его можно даже пить.
Не веришь?
Просто добавь воды… и льда, по вкусу.
Посидев с бездумным видом и послушав начавшуюся музыкальную композицию, он переключился на другую станцию, но и там реклама догнала его:
Топочный спирт «Арктический лис» — заводятся не только моторы. Ррр.
Не веришь?
Просто добавь воды… и льда, по вкусу.
— Денни, — вновь повторил адвокат и в этот раз его таки услышали.
— А? — удивленно вскинувшись, односложно вопросил опекун. — Что?
— Ты переживаешь, что кто-то нашу рекламу не крутит, или в твоих действиях какая-то другая подоплека? — вздохнул наш водитель. — Не беспокойся, все местные частоты, плюс несколько станций из других городов, сегодня гоняют нашу рекламу без роздыху.
— Да вы охренели! — раздраженно прорычал Денни. — Это же в чистом виде бутлегерство.
— С точки зрения здравого смысла — да, — с безразлично скучающим видом кивнул Джеймс. — Но с точки зрения закона — нет.
— А что дальше? — взвился Денни. — Начнем наркотиками торговать?
— Нет, не начнем, — был вынужден вклиниться в эту, по всей видимости, назревающую ссору. — Во-первых, противно, а во-вторых, докеры взяли на себя обязательства не влезать в эту нишу нашего сраного города.
— Не сраного города, а города с определенными проблемами, — поправил меня опекун уже куда более спокойным голосом и обратился к юристу: — Джеймс, извини меня за грубость, но какого хрена вы натворили? Мы же собирались приторговывать спиртом как топливом, разве нет?
— Как бы тебе так сказать, — пробормотал адвокат и, сбросив скорость, притерся к обочине. Остановив машину и, не глуша мотор, он развернулся на своем месте. Джеймс окинул взглядом и меня и моего опекуна. — Денни, друг мой, ты настолько хороший человек, что мне иногда хочется ударить тебя кулаком, чтобы услышать звон завибрировавшего нимба. А потом ободрать твои ангельские крылья и сделать себе, наконец, анатомическую подушку.
— И? — засопел Денни.
— Ты же лучше меня понимаешь, что профсоюз должен был сгинуть не сегодня, так завтра. Официальной работы для нас почти не осталось, люди доедают последний х… кхм… без соли и при всём при этом нам много кто денег должен.
— Да, я это знаю, но причем тут это?
— А при том, что рекламу и прочие свистелки мы получили, считай даром. Мы бы этих денег так и не увидели, а так хоть отрекламировались на уровне федерального бренда.
— Плевать мне на рекламу, меня ситуация вокруг спирта напрягает.
— А ты не напрягайся, — покривился довольно немолодой уже адвокат и пошло пошутил: — Расслабься и получай удовольствие.
— Ррр…
— Я же сейчас не нервничаю, а ведь если бы смогли придраться к этой афере, то я бы уже куковал в помещении с решетками на окнах, — продолжил Джеймс. — Я вообще в данной схеме рискую больше всех, но спокоен же.
— И, тем не менее… — начал было Денни, но был перебит адвокатом.
— И, тем не менее, твой пацан хорошую схему придумал. Довольно подлый ход и его через месяц-другой прикроют, но тут я с Яном соглашусь, что черный пиар тоже пиар. Наша продукция станет достаточно узнаваемой в городе, чтобы не переживать по поводу сбыта.
— Да что ты такое говоришь? — схватившись за голову, взвыл Денни. — Это же, блядь, технический спирт. Люди потравятся.