Вечером, Кристина улыбалась ему, думала: «Зря я на него бочку катила, он меня по – настоящему любит и деньги ему мои не нужны. А может он догадывается, что у меня есть мужчина? - Но глядя, как тот беззаботно уминает мороженое, поняла, - ничего он не знает».
С начала их совместной жизни часть заработанных денег отдавал Кристине за коммунальные, а она их расходовала по своему усмотрению. Давно не покупал доллары, перестал копить. Взял себе за правило, что не будет ругаться с Кристиной, когда та требовала денег, протягивал ей банковскую карточку. И радовался, что у него есть спрятанная сумка набитая деньгами, про которую она не догадывается, а он богат. У Сергея пришло осмысление: «Всё не так уж и плохо, надо радоваться тому, что есть. Я смирился с тем, что не стал богаче, как хотел и надеялся, также кручу баранку. И вряд ли в будущем меня ждут благоприятные перемены. Да и боюсь я их, как мечтал об особняке, яхте, недвижимости у моря. А остался без ничего. Ведь не дёрнись я тогда из Донецка, уехала бы Анька, были моими кафе на вокзале, квартира. Даже если бы Ксюша осталась жива, мне не мешала, она меня по - настоящему любила, ни то, что это обезьяна, крашеная. – Так про себя он звал Кристину. - Она столько крови, попила, нервов попортила, лишний раз в её сторону и не посмотрел бы, что стоили только её запои. Но жить надо, тем более, она меня стала ценить». – Так думал Серёжка
У Кристины была своя версия происходящих событий: «Боренька и Сергей без ума от меня. Я сумела приручить двух симпатичных мужиков, и командую ими, как хочу. Как - то Злата сказала, что я завидую мачехи. Ещё чего? Родила детей папке, и радуется, что без выходных вкалывает, от работы кони дохнут. А я, живу в своё удовольствие. Что мне ей завидовать»? А сама видела, как стал лучше выглядеть отец, рядом с молодой женой. По приходу с фирмы денег в фонд, видно, что работают стабильно. Да и решения любого вопроса, хоть финансового, хоть юридического без Анны не обойтись, понимала Кристя, и снова дёргала Злату, чтобы та позвонила в офис. Подруга никогда не спорила с ней, всегда выполняла, всё, что ей скажет, стала больше молчать, боялась лишний раз, попасть под раздачу.
Годы идут, а человек не меняется, если раньше Кристина могла накричать, поругаться, кинуть, ударить. Сейчас выжидала удобного случая, чтобы сильнее куснуть. Это могло быть колкое слово, пролитая на компьютер вода, стёртые документы. Хорошо у Ани всегда хранились копии по фонду, и медсестра могла взять у неё.
Мачеху она перестала трогать и дёргать, поняла, что та если перестанет спонсировать их работу, то она пострадает первая. У Златы, плохо - хорошо, есть специальность, и она могла найти работу. Ни то, что она, бледная тень своего могущественного в городе папы. Перестала злить отца, но он не приглашает её, ни на одно семейное мероприятие. Не встречает и не трогает семью Галии. А однажды из авто случайно увидела её с мужем и детьми в городе и поняла, что всегда завидовала двоюродной сестре, и сама себе в том не признавалась, проще было смеяться над ней и критиковать. Сейчас подглядывала за чужим счастьем, старалась остаться не замеченной.
Прошли годы, а желания общаться с Кристиной, у семьи нет. И она проглотила горький комок, вспоминая, как в детстве, каждый день сестрёнка возила её на море, хотела подружиться, а она Галию унижала. Та ей всё позволяла, а Кристя обижала, говорила гадости. Так со всеми. А ей снова всё прощали, но она их удалила из своей жизни навсегда. «Папка умрёт, вы у меня попляшете, всех выгоню из дома, продам. Вы у меня не будите там жить. – От бессилия сжимала кулаки убогая. Ей хотелось кричать, ударить, как это было раньше, когда двоюродная сестра испуганно пряталась от неё. – Страх совсем потеряли, разбаловала вас Анька. Ну, погодите у меня».
Приехала домой увидела розу в стакане и успокоилась. Сегодня у неё свидание и ей некогда думать, ещё о ком – то. Боря, как всегда пунктуален. Только закрылась дверь за доставщиком из ресторана, и любовник бесшумно открыл дверь на лоджии.
По отменному аппетиту мужчины, Кристина поняла, что Боренька не обедал, да и, пожалуй, не завтракал, в предвкушении сытного ужина. Он уминал стейки, шарлотку, запивал вином и с обожанием смотрел на свою любимую:
- Спасибо, это было божественно. Но ты почему не ешь?
- Я уже давно не ем после шести, мучное и сладкое, вообще исключила.
- Мне тебя жаль, очень вкусно.
Розу, которую принёс верный рыцарь, поставила в стакан, выкинула старую. И вскоре спальня с плотными шторами на окне, принимала любовников. Сердца их стучали в унисон, жаркие объятия сменились, единым дыханием. А потом они отдыхали, молчали, тянуло на сон. Любовник резко поднялся и стал собираться. Уверяя, что чуть не умер, едва дождавшись встречи.
- И я ждала свидания, ты прав, лучше не спать, чтобы не спалиться.
- У нас с тобой всё железно, хата есть, романтика зашкаливает, убегаю, а то я снова хочу тебя. – Шептал он женщине на ушко, помогая сесть в коляску.
- Боря, расскажи мне о жене.
- Я не знаю, что ты хочешь услышать, но о своих девушках я никому не говорю.
- Мне можно.
- Это правило, я не стану его нарушать. – Боря не забыл, как вначале их встречи имел неосторожность сказать, что не спит с женой. А потом она его чуть не убила, когда узнала, что супруга беременна. Тогда честно признался, что может лукавить, чтобы добиться своего. Сейчас, когда всё прекрасно складывается, врать ни к чему, себе дороже. Обливать грязью мать своих детей он не будет, даже в угоду Кристине.
- Ты мне не ответил на вопрос. Что ты сделал бы, если бы у тебя было много денег?
- Купил крутую тачку. Уехал жить в столицу, где больше профессиональных возможностей. Отправил детей учиться в Европу, – перечислял он. – Везя коляску на кухню, где на столе разложены продукты. И застыл в ожидании презента. Кристина механически складывала сладости, которые купила для детей. Едва сдерживая слёзы.
Боря ушёл, а женщина плакала, размазывая косметику по лицу: «Вот ты и открылся Боречка, если у тебя появиться деньги, я тебе буду не нужна. – Она обдумывала - Кто бы мог ей достать сумку мужа с антресолей? Борис отпал, как неблагонадёжный. Может Злата? Будет трепать языком, ещё Аньке расскажет, - вздохнула Кристя, продолжая плакать. – Пока сумка в квартире, она моя», - успокаивала она себя.
Ей сильно, захотелось кушать, живот скрутила судорога. Она со злостью кусала, холодные стейки, через время успокоилась и решила, что про деньги в сумке, говорить никому не нужно. Увидев розу, её охватила злость, и она выкинула цветок, в мусорное ведро.