Только Сергей был не у дел, сейчас, когда с ними стал трудиться Коля. У него освободилось время, и он пил, дешёвую жужку, так Серёжка называл вино. Покупал в пакетах, заполнял холодильник. И день в день до поездки пьянствовал. Заметил, что меньше ест, да и не хотелось. Если первое время готовил на стол бутерброды, суетился с закуской, то сейчас напивался и засыпал.
Путал день с ночью, заставлял себя каждое утро, зачеркивать день в календаре, чтобы за два дня до поездки остановиться. Он понимал, что работа - это последнее, что держит его на плаву. Отличает его от покойных отца и матери, Кристины, которых глубоко презирал.
Не было дня, чтобы он, наливая кисло - горькую жидкость в стакан, не поминал Ксюшеньку, вытирая слёзы на опухшем лице. Вспоминая свою, беззаботную жизнь рядом с этой прекрасной женщиной.
«Она меня любила и боялась. А я считал себя неотразимым на самом деле, играл с ней, не ценил. Света бросила, не посмотрела, что я нормальный парень, ни пью, ни курю. Сейчас она на меня и не посмотрит. Без работы я сопьюсь. Надо перестать заниматься ерундой. Что я не мужик, что ли? - Но на завтрашний день, всё повторялось. И он стал понимать, что это болезнь. – Правильно Анька сказала - это гены. Искал успокоение, нашёл себе беду. Что делать»?
Серёжа не знал, как избавиться от этого наваждения. Всегда хотелось одного напиться упасть и ни о чём не думать. Теперь понимал, что единственным спасением было вообще и не пробовать, жил же он все эти годы без вина не умер. А теперь стал рабом жужки налитой в стакан.
Помнил это с детства, так мать называла это пойло. И просила отца, купить красненького, вино было дешевле водки, и папка соглашался. Когда к ним в барак заселилась тётка Тонька, которая гнала самогонку, покупали в долг бутылку за бутылкой. Заискивающе улыбались ей, нарекали спасительницей. А за глаза ненавидели и называли спекулянткой, по которой тюрьма плачет. И, что она богатеет за их счёт. Вскоре за долги отдали ей в пользование свой сарай для топлива, где она стала держать поросят и курей.
Родители уголь и дрова на зиму не запасали, сначала отец воровал уголь в котельной, позже Серёжка. Топить печь тоже приходилось ему, на растопку шло всё, сухая трава у дороги, палки подобранные в посадке.
Как он гордился собой, что сумел выбраться из барака, нищеты, у него было всё бизнес, дом, авто! Сейчас только внедорожник напоминал о прежней жизни. Стоял на стоянке, и раз в месяц Сергей одевал, свой лучший костюм, и оплачивал место. Машина единственное, что осталось от прошлого. Только ездить на ней не куда, да и не зачем.
После смерти Кристины он лишний раз боялся встретиться с Ахатом. Думал: «Анька, конечно, пожаловалась, что я её сестру обокрал. Стыдно добрым людям на глаза показываться. Я тоже придумал, первый раз вижу человека, сразу Кристи золото стал дарить. Надо было купить квартирку и посмотреть, что она за фрукт, нет, дурак, сразу жениться. Думал, как с Ксюшей повезёт. А у неё и папа ушлый, и сама жадная, зимой снега не выпросишь. Остаётся, только, вспоминать и мечтать, как бы я на эти деньги зажил. Всё прятал, копил, ловчил и остался ни с чем. Так мне и надо! Есть с чего запить. Как мне от этой беды отвязаться? Последнюю допью, а приеду с командировки ни, ни. Надо привезти продукты и себе. Готовить самому дешевле и вкусней», – мечтал Серёжка.
Пакеты с вином кончились, день лежал пластом, давил сушняк, тошнило. Пил чай, с мёдом. Два дня перед работой стирался, купался, сходил в парикмахерскую. Когда проходил мимо кабинета Карловны услышал:
- Привет Анатольевич.
- Здравствуйте Эмма Карловна.
- Серёжа, чем это так от тебя воняет?
- Не знаю, - покраснел он. – Душ принял, подстригся.
- А мне твои соседи говорят, что ты пьёшь беспробудно, и даже из комнаты не выходишь.
- Пусть за собой следят, пивом с таранькой воняют, тоже ароматы не очень. – Злился он.
- А ты стрелки не переводи, мне серьёзные люди вопрос задали. Тобой интересовались.
- Вот и скажи своим серьёзным людям, что не пью, и не тянет.
Разговор с комендантом очень разозлил его. Теперь он начинал понимать, почему напарники от него нос воротят. Значит действительно два дня, что себя соблюдает мало. Нужно срочно бросить пить, и не испытывать судьбу, как его родители пили изо дня в день.
Отец лежал в гробу опухший фиолетовый, рядом сидела пьяная зарёванная мать. Просила поскорее забрать её с собой. А он, увидев покойника, боялся подойти, и как его не просили, стоял в стороне.