Радости жизни
Радости жизни
Ксюше снова захотелось путешествовать, все уши прожужжала ему, он, конечно, тоже отдохнуть хотел. Но очень боялся оставить магазин, ведь понимал, место пустым не бывает. Стоит ему не снабжать кафе свежими недорогими продуктами, найдётся много, кто его заменит.
Поговорил об этом с Тимофеем, тот сразу смекнул, что и сына можно хорошо пристроить. Тот отработал шахтовый стаж, и собирался, заниматься хозяйством в селе, где у тёщи и её родственников есть паи на землю.
Договорились, что Денис развёзёт продукты по его договорам. С тяжёлыми мыслями, он улетал Тайланд. Сердце было не спокойным, но два раза в неделю приходили на его счёт нормальные суммы и хозяин перестал подозревать работников в нечестности. Полностью расслабился и наслаждался жизнью.
Лагуна, где жили, напоминала картинку дивного сада. Серёжка думал: «Если и существует рай, то он именно здесь». Насколько хватало взгляда бирюза воды, сливалась с лазурью неба. Вечно зелёные растения цвели и благоухали. Жена хотела рисовать, и любую свободную от купания минуту, видел её с блокнотом. Она никогда не показывала ему свои работы. Ксюша, как – то написала его портрет, а он засмеялся и сказал:
- Ну и рожа, их разыскивает полиция!
Больше никогда не разговаривала с ним о живописи, и муж её картинами не интересовался, как и Ксения, его заботами. «И хорошо, - думал Сергей, - о магазине знать ей не нужно. Счастливая, живёт барыней, всеми обласканная и любимая, деньги ей мать зарабатывает, сестра перечисляет, а я из кожи лезу вон, как лишнюю копейку добыть. - Но другой голос ему подсказывал, - рядом с ней и ты человеком стал». Гордость выпирала из его брюк, толстым брюхом, мешая видеть землю, по которой шёл, высоко подняв голову.
Больше всего его раздражала, что она часто вспоминала их медовый месяц. Но он слушал её восторги, молча, боясь сорваться и заставить её замолчать. Часто в лагуну приезжала прогулочная лодка, им предлагали морские путешествия. Серёжка радовался, что жену укачивает и сможет поехать сам. С ним в попутчиках две подруги, всегда хмельные, всю дорогу им было плохо, и они лежали бледные. Всегда улыбающийся таец, уговаривал их что – то выпить. Пришлось вернуться и высадить их на пляже. Там Сергей увидел жену, а рядом с ней возлежал, бородатый, обросший парень, они оживлённо беседовали, видимо на английском языке.
От злости кровь прилила к голове, он забыл, про прогулку, большими шагами подскочил к парню и оторопел, у несчастного не было рук.
- Вы уже приехали? – Удивилась Ксюша, - знакомься, это художник, родился таким, на острове живёт его семья. А удивительное то, что у Ло нет рук, рисует ногами.
- Хорошо, что не х…м, - матерился Серёжка.
Убогий быстро поднялся и побежал не останавливаясь.
- Что ты наделал? – Посмотрела испуганно на него жена, - зачем ты так? Мне нужен друг, с которым я смогу обсудить свои работы, тебе они не интересны.
- А мне не всё равно с кем ты зажимаешься, ты видела, какой он грязный, тебе не противно.
- У него просто цвет кожи такой, - оправдывала художника Ксения. - Да у него нет рук, но он нарисовал мой портрет. Посмотри, как замечательно! - И она показала набросок, не всякий человек, имея руки, может написать подобное.
- Крутиться возле тебя, клянчит деньги.
- Не правда, он рисовал бесплатно, ему не нужны доллары, как тебе.
И пошла, едва семеня ногами. Ксюша не хотела видеть мужа, день окончательно был испорчен. Он посидел в баре, когда вернулся, жена плакала.
- Что тебе от меня надо? Не пью, не курю, другая бы за счастье посчитала жить со мной. – Орал Сергей.
- И я так считала, но ты очень жестокий, ты наступаешь и ломаешь всё, что дорого мне. Иногда, кажется, что однажды переступишь, через меня, и пойдёшь дальше, даже если я умру.
- Только не надо из меня злодея делать, женился на тебе, а ты не ценишь. – Он помнил всегда, что лучшая защита нападение.
Ксения молчала, за вечер не проронила ни слова. А утром ушла, без него на пляж, не предупредив. За столом, ела, не глядя в его сторону. «Вот не люблю, а как неприятно, что игнорирует меня».
На следующий день, попросил администратора, комнату убрали живыми цветами. А когда жена пришла, обнял и попросил прощения:
- Помнишь, как мы приехали в Рим, наш медовый месяц. – Он знал, что это были её любимые воспоминания, продолжал, - ты восхитительна, - целуя ей шею.
И опять продолжался отпуск в раю, где Ксюша смотрела на него с обожанием, а он, не обращал внимание на обезьяну, как стал мысленно звать художника, который подходил к пишущей эскизы жене. Серёжка слышал, как они беседуют, хотя ни слова не понимал, знал, говорят о картинах.