Тайна Серафимы
Тайна Серафимы
Считала себя Тамила очень умной девушкой, и когда десять лет назад узнала, что беременная от Сергея пришла к нему. «Теперь мы обязательно поженимся», - думала она. Он её и слушать не стал, всю ночь она проплакала, и призналась матери. Когда Сима узнала, кто отец, дождалась его вечером, после разгрузки рефрижератора, решила с ним поговорить. И увидела его настоящего Серёжу, тот нагло улыбаясь, сказал:
- Ты думаешь меня жалостью взять? А мне нищие родственники не нужны, ребёнка повесите другому папочке. А если много будешь болтать, то найму парней, они с твоей дочки котлету сделают, самоаборт получиться, и тебе язык отрежут. И поверь, денег мне на это хватит.
Она посмотрела на него и поняла: - «Убьёт не задумываясь».
А когда в цех пришёл работать Паша, с первых дней, как познакомились, стал жить у них. Парень только пришёл с армии, девчат не знал, и полюбил Тамилу, как свою первую женщину. Через месяц она сказала, что беременная, спешно играли свадьбу. Родители, жившие в селе, купили сыну недорогую квартиру, возле вокзала. Где и ночью, и днём нет покоя, от шума не уснёшь, но они привыкли.
Зять был умница, и ремонт своими силами сделал, к Тамиле хорошо относился. Дочь пошла в декрет, родился мальчик, назвали Денисом, а он как две капли воды похож на Сергея. И чем старше становился, тем сильнее было сходство. Очень боялась Сима, что у Ксюши нет детей, а вдруг захочет Серёжка сына увидеть, ещё страшней отнять. Может от этих горьких мыслей пить стала.
Однажды Анатольевич ехал по своим делам в деревне, и увидел мальчика, он очень кого – то ему напоминал, как не присматривался, не вспомнил. Но однажды перелистывая свой армейский альбом, наткнулся на свои старые фотографии, и там нашёл две школьных. На него смотрел испуганный малыш, как две капли воды похожий на деревенского, случайно увиденного. «А может и не случайно, - подумал он, - надо узнать его поближе».
Когда спросил у всезнайке Захаровича, тот объяснил:
- Так это Симы покойной, что у Жанны работала внук. Паша привёз сына своим родителям, они в нём души не чают. Да может ты, и Тамилу знаешь, она часто в магазин к матери заходила, тёмненькая, симпатичная?
- Никого я не знаю, отстань, смешной мальчишка, вот и спросил. - Но, что – то ёкнуло в душе у него, стал часто приезжать в деревню и выглядывал мальчика.
Однажды он увидел, как Тамила с мужем шли к речке, Паша на плечах держал Дениса, а тот светился от восторга. Сергей понял, что вряд ли он смог бы стать хорошим отцом. Вспоминая своего вечно недовольного, злого, пьяного отца. И радовался, что у его сына есть и папа, и мама, всегда трезвые, любят его, малыш счастлив. В жизни мальчика есть всё, что не было у Серёжки. И вряд ли он мог бы, что – то дать ему. Его не научили, он не знает как, не умеет. У него и в мыслях не было забрать сына от матери, от отца который привязан к Денису. Да и, что он с ним будет делать? В жизни Сергей, никого кроме себя не любил. К людям относился по мере их надобности для него. А если человек не нужен, лишний раз и не посмотрит в его сторону. Поговаривали, что у него свои люди работают везде и в полиции, и у власти.
Другая жизнь
Другая жизнь
А Серёжка плевал на всех, кто и что там о нём думает. О себе был очень высокого мнения и как никогда доволен собой. Он не любил встречаться с предпринимателями, на встречи ездила или Жанна или Аня, часто просил их решать свои вопросы. Больше всего ему по душе это работники, которые льстили, заглядывали в глазки, изо всех сил стараясь угодить хозяину. Анатольевич по – прежнему никому не доверял, всех проверял, особенно если это касалось денег. Он видел, что на рыбалке пытается заработать сторож, приехал ночью, и два месяца, тот работал бесплатно, за еду с хозяйского стола. Сергей не спешил увольнять проверенных людей, мог наказать.
О хозяине говорили шёпотом, боялись и в кафе на вокзале, и в деревне, и в поместье. Горничная Настя, отличная работница, но однажды проговорилась об артисте, который отдыхал с любовницей. И потянулись вездесущие журналисты, любители порыться в грязном белье. Пришлось нанимать охрану, чтобы гостей не беспокоили.