Второму сыну Галии и Ахата исполнилось три года, когда у них родилась девочка. Саня, взял отпуск и с женой любовались своей красоткой. Долго думали, как назвать? Решили Джульетой. Гера романтичная натура увлечённая Шекспиром, не подумала, сколько хлопот доставит девочке имя. Которую в школе будут звать не иначе, как Жуля.
Несколько раз ездили отдыхать на море, останавливались в большом доме дяди, где места много. Но никто не мог выдержать скверный характер Кристины, которая откровенно высмеивала бедных родственников. Но тогда работали Алла и Иван, и всячески сглаживали углы. Гости старались, чтобы с конфликтной барышней меньше пересекались. Ахат был очень им благодарен, что одёргивают заносчивую хозяйскую дочку.
Встречались вечером, домой приходили только спать, целый день на море. Кристя успевала всех покритиковать, кого – то крепко цепляла и потом терзала, не отпускала. С ней никто не оставался наедине. Но позже молодёжь, предупреждённая Аллой, молчала, не вступая в споры, а Марат был всегда на стороне дочери, говорил:
- Что вы хотите? Больная. Вы будьте умнее.
Но море, красоты природы манили, а недовольство Кристины не могли испортить настроение отдыхающих. Когда они собирались уезжать, то мечтали снова провести отдых у моря, где и солнце теплее, и вода прозрачней, и на небе ни тучки.
Работали они в одной бригаде и когда Саню выбрали бригадиром, то семьи отмечали это значимое событие. Александр не зазвездился, а наоборот, не особо показывал свою значимость и власть ребятам, с которыми работал. Зарплата у него прибавилась и обязанностей тоже. Сказать, что был в восторге, нет. Но видя, наполненные гордостью, глаза Геры, говорил другу:
- Смотрю на свою, радуется, как будто её главной назначили. Предлагает мне подать документы в политехнический заочно, на горный факультет, выучиться на инженера. Как ты думаешь? Сказала, поможет.
- Не знаю, я не смог бы.
- Я тоже боюсь, ты же помнишь, у меня только по физкультуре пятёрки были.
- Решай сам.
Александр удивил всех, поступил. Теперь два раза в год ездил на сессию и оставлял друга вместо себя, бригадирить. Ахат был, конечно, против такого поворота событий, но с Саней не спорил. Саша изменился, даже, стал выше ростом.
Галия забеременела девочкой, когда у Геры родился сын. Многие малые вещи мальчишек, тут же перекочевали в детскую, квартиры Сани. Женщины нянчились с малышом, делились секретами. Мужья добывали уголь, очень нужный в стране.
Мамочки собирались вместе, шили, перешивали, вязали, чтобы дети зимой не мёрзли. Вспоминая то время Ахат, чувствовал боль по утраченному навсегда чувству, когда основной заботой было накормить и одеть детей.
А однажды их жизнь раскололась, разбилась на мелкие осколки, воспоминания о которых больно ранят и сейчас. То утро Ахат помнит по минутам. Спустились бригадой, клетью вниз, шли впереди, других шахтёров, беззаботно болтая. Саша на несколько шагов вперёд. Вдруг стало темно грохот, луч коногонки выхватывает спину друга. Жуткий крик, Ахат бежит и падает, теряя сознание, его накрывает пустая вагонетка.
Он долго не хотел верить, что Саши нет, в больнице, куда его увезли, пробыл месяц. Его отпустили на похороны бригадира, вернее, то, что от него осталось. После этого не стало ему радости в жизни и покоя. Казалось, с другом он похоронил кусочек себя, а то, что осталось не могло жить.
После этого стал болеть, не было месяца, чтобы не ходил в больницу. Прошло больше года пока ему в столице поставили диагноз. Выписали кучу лекарств, а лучше ему не становилось. Мучила слабость, одышка.
Галлия родила девочку, но вместо поддержки мужа его помощи, нужен ещё уход за ним. Когда они поехали в столицу, она перестала кормить малышку грудью. С детьми были родители жены. А она рядом с ним, постоянно в больнице на обследовании. Никто не верил, что он выживет, нужно было чудо. Болезнь крепко держала его, в своих цепких когтях, больно раня, воруя глоток воздуха, который пытался вздохнуть.
Кто – то подсказал Гере о целительнице, которая жила в соседнем городке. Та рассказала супругам. Они наняли такси, сам он боялся сесть за руль. Зашли в небольшой саманный домик. Горела свеча. Пожилая женщина посмотрела на него, предложила лечь на скамейку, а сама стала читать молитву и он уснул.
Опять видел сон, где он бежит, задыхаясь, и что – то огромное падает на него ему нечем дышать. Ахат проснулся, женщина держала его руку и говорила:
- Ты очень тоскуешь, о том кого утратил. Нужно поменять обстановку, уехать, найди в себе силы, выбраться из воспоминаний, иначе не сможешь жить.
- Я шахтёр, потерял друга. Мог погибнуть сам.