Уже не молодой, подполковник — цыган, устало посмотрел на них с надеждой:
— Иначе положу весь полк…
— Сами понимаете, без вас не обойтись. Кириллов — будешь старший, рация в твоем распоряжение. Не разучился еще пользоваться? — спросил он, видя, что бойцы готовы пойти на смерть.
— Нет, товарищ подполковник. Разрешите, выполнять.
И молча, пошли на верную смерть. Как там было дело никто не знает, но снайперов они ликвидировали это точно, и бой там шел не шуточный, взрывы гремели на всю округу. Через час откуда ни возьмись, минометы немецкие заработали и прямо подвал накрыли. Еще через час мы взяли этот проклятый подвал и дом, но никого в живых не нашли: ни немцев, ни наших. Трое ребят из команды твоего отца, были убитыми, а вот самого Виктора и его товарища, Семена Мирошниченко не нашли и среди мертвых.
Знакомые ребята из «Смерша» говорили, что твой отец, хорошо знавший немецкий, мог вызвать огонь на себя через захваченную немецкую рацию и мины разорвали его с товарищем на кусочки. Вот такая история гибели твоего отца. Командир полка представил его к ордену «Красной звезды» посмертно, но в штабе отклонили, решили, что медали хватит. Не знаю, получили ли вы ее в семье или нет, но точно награжден был твой отец, сам читал Постановление Верховного Совета, это точно.
Петр Кирьянович вспомнил и пережил заново все перипетии того времени и подумал:
— Шестьдесят пять лет Победе, а что мы знаем о победителях? Вот, дядя Виктор, отец Бориса, пропал, герой войны, а мы его родные, даже и не знаем, как и почему? «Интернет!» «Интернет!» вдруг ударила ему мысль в пульсирующий мозг. Точно. Появилась новая страничка в интернете: Вся правда о войне и ее героях. Кажется, так она называется. Петр Кирьянович пролетел до дома за считанные минуты, бегом вбежал на второй этаж и вот он уже у компьютера. Скорее, скорее, торопил он электронный мозг бесчувственной машины. Наконец-то…Mail.ru… «Найти». Петр Кирьянович лихорадочно набирает заветные слова. Вот и долгожданный файл.
— Так, фамилия дяди Вити — Кириллов… хорошо. Имя, отчество — Виктор Гордеевич, место гибели — город Будапешт, место рождения… Кажется, все заполнил, ничего не забыл… Нажал мышкой слово «Найти» и стал ждать. Казалось, эти секунды, тянулись всю его долгую жизнь, он c оцепенением ждал ответа.
— Вот он долгожданный ответ: Кириллов Виктор Гордеевич, старший сержант, уроженец такого-то района, такой-то области, деревни… Все верно, все верно! — билось сердце Петра Кирьяновича. Ну, что с ним? Наконец, появилась строка — пропал без вести, 13 февраля 1945 года при взятии города Будапешт, награжден посмертно медалью «За взятие Будапешта». Родственники могут получить награду, обратившись по адресу…
Петр Кирьянович опустошенный, откинулся на спинку стула. Вот оно пророчество Ваенги — Медаль «За взятие Будапешта». Все же дядя Витя, старший сержант Виктор Гордеевич Кириллов хоть так, но нашелся. Жаль, что Борис и тетка Анна не дожили. Впрочем, живы четверо его детей, у него трое внуков и шесть внучек и еще два правнука… Жизнь продолжается, но у Петра Кирьяновича почему то защемило сердце от боли и долго, долго не отпускало… И перед его затуманенными от слез взором ясно предстала медаль «За взятие Будапешта», с барельефом пятиконечной звезды, а за ним ему померещилось высокое здание, где погиб его родной дядя Витя. А еще он увидел 365 тысяч выстроившихся друг за другом советских солдат, награжденных медалью «За взятие Будапешта»- живых и мертвых, все они, почему то были похожи лицом на Виктора Кириллова…
Омбрэра
Чужое семя
Когда-то мы были единым народом. Но это было давно, даже легенды не сохранили следов тех времен. И все же, время не удержало истину — вечно вращающееся колесо истории, в конце концов, смело со своих лопастей налипшую тину и грязь.
Эльмарус, планета бескрайних лесов и величественных гор — мой дом… Сейчас, спустя почти двадцать лет после войны — первой и последней войны, я нашел в себе силы описать все, чему стал свидетелем.
Было лето, жаркое лето 3698 года. Наше племя, состоящее всего из десяти семей, через несколько дней должно было продолжить путь на север, к горам. Животные, дали уже третий приплод и нуждались в длительном отдыхе, а до пещер оставалось еще довольно далеко.
Аны — высокие и стройные травоядные, являлись нашей основной и единственной пищей: мы пили их молоко, ели их мясо, получали из шерсти пряжу. Аны были залогом жизни и процветания — единственной, кроме нас, крупной формой на планете. Так было всегда, с самого начала и так должно было быть, пока над Эльмарусом всходило солнце. Но случилось непредвиденное.