Тим облегченно хмыкнул и поднял лицо к Ланушу, уверенный, что второй гнуд тоже уже лежит на земле.
Но то, что он увидел, повергло его в изумление.
Происходило что-то невероятное! Носатый все также спокойно дремал, чуть ссутулившись. А Лануш… он висел в воздухе позади гнуда. Тим потер кулаками глаза – нет, ему не померещилось: Лануш неподвижно парил, от его ботинок до земли было не меньше локтя.
И выглядел он точь-в-точь как статуя. Его тело, казалось, застыло в этой неудобной позе, прямо в прыжке, в момент нанесения удара. Кулак замер в паре дюймов от затылка гнуда. Только взгляд ошалевших глаз, вытаращенных так, что белки светились в темноте, скакал от Тима к носатому и обратно.
Тим ошеломленно ущипнул себя – на самом ли деле он видел все это? Не остановилось ли время?
Он почувствовал боль. Рядом треснула прогоревшая ветка. Нет, все так и есть…
В затылке неистово забилась игла – беда! Навалилось ощущение тяжелого, неотвратимо накатывающего несчастья. Сердце застучало так оглушительно, будто под ухом ударяли в огромный бубен. Что происходит? Что происходит?
Кса! Через миг Тим с содроганием заметил, что носатый проснулся.
Тот пошевелился, потом потянулся, выгибая спину и запрокидываясь назад. И в это мгновение лбом уперся в кулак.
Раздался испуганный вскрик. Гнуд тут же прыгнул вперед, но получилось неуклюже – он споткнулся и упал, чуть не заехав рукой в тлеющие угли. Но уже через миг вскочил, собранный и сжатый, как змея перед броском.
Он оказался совсем не тюфяком – Тим сразу понял это. По его движениям, быстрым и точным, как у кошки, по его холодным, хищным глазам. Носатый мгновенно оценил обстановку, расположение сил и… щелкнул пальцами!
Казалось, Лануша ударили здоровенным бревном. Его тело взметнулось вверх и стремительно пронеслось над головой Тима. Ошеломленный, он обернулся, пытаясь проследить за другом взглядом, но ночной мрак уже скрыл его.
Кса! Лануш!
Тим вскочил и бросился за ним.
Не успел он сделать и пяти шагов, как острый горячий укол впился в его затылок. Тим отреагировал мгновенно, прыгнув вправо. Не останавливаясь, Тим перекатился два раза и замер, вжавшись в землю. И тут же мимо, чуть не задев его, просвистело что-то большое и тяжелое. Тим не успел рассмотреть, что это было, но его хлестнул жесткий порыв ветра.
А еще через мгновение послышался мощный удар – то, от чего он увернулся, шарахнуло в лес. Раздался протяжный, надрывный треск, а затем Тим почувствовал, как дрогнула земля – похоже, рухнуло большое дерево.
Кса! Кса! С оглушительным звоном взорвалась мысль – волшебник! Они напали на волшебника!
Тим осторожно обернулся назад. Носатый склонился над своим товарищем и водил рукой над распростертым телом: похоже, лечил.
Самое время дать деру!
Тим приподнялся и осторожно, чтобы не шуметь, шагнул вперед, потом еще. Затем сжал зубы и… помчался.
Он успел пробежать всего ничего.
Невыносимо яркая вспышка ослепила его. Зажмурившись, Тим споткнулся и на всем ходу упал, прокатившись по земле. Неужели его ударили молнией? Вроде ничего не болит. Тогда что? Через несколько секунд глазам полегчало, и Тим понял: это не молния, просто вокруг действительно стало очень, очень светло.
Наконец он разжал веки.
На поляне, казалось, наступил солнечный полдень. Костер длинной узкой лентой взвился выше деревьев. Его белое, чуть подрагивающее пламя сияло ярко и мощно, с шипением выплескивая сверкающие искры.
Кса! Волшебник уже стоял и смотрел прямо на Тима. Его товарищ вроде очухался, но все еще сидел на земле, обхватив голову.
Похоже, сбежать не удастся. Нужен новый план.
Тим вскочил, развернувшись к волшебнику, и замахал руками:
– Мэтр! – захрипел он. – Мэтр. Постойте, простите! Это ошибка!
Острый укол в затылке, прыжок, вскинутая рука носатого, свист, новый хлесткий порыв ветра.
Перекувыркнувшись, Тим сразу вскочил на ноги. Сейчас он уже точно знал – то, что метнул волшебник – невидимое! Будто огромный, прозрачный, каменный кулак! Громкий треск позади. Мельком глянув в ту сторону, теперь уже при ярком свете, Тим наконец воочию оценил мощь удара мага. Два дерева, таких широких, что одному человеку не обхватить, медленно заваливались набок.