Теперь осталось самое главное – затылок! Тим уперся взглядом в переносицу волшебника и отбросил все мысли, все ощущения. Тише… еще тише.
Ему понадобилось несколько мгновений, чтобы перейти на новый уровень восприятия. Носатый еще что-то сказал, но Тим уже не слышал его слов. Он достиг совершенной тишины – время будто замедлилось, удары сердца раздавались все реже и реже.
Но его сознание отметило, как волшебник резко выбросил к своему творению руку с вытянутым указательным пальцем.
Шар сразу дрогнул, будто почувствовав прикосновение. Носатый начал медленно отводить плечо назад, и круглый, красивый кусок дерева послушно поплыл, куда указывал палец – в сторону леса. Он отлетел довольно далеко, за пределы поляны, и неподвижно застыл там, едва не касаясь верхушек деревьев. В сияющем свете костра он поразительно напоминал белую полную луну.
Волшебник снова покрутил указательным пальцем – шар принялся раскручиваться.
Послышалось мощное гудение, его звук все утончался, пока, наконец, не превратился в один непрерывный, резавший ухо, свист. Вокруг шара завихрился воздух, все сильней и сильней, через несколько мгновений образовался уже настоящий смерч, который начал срывать и втягивать в себя листья, ветки, пригибать вершины.
Тим видел это. Его глаза фиксировали происходящее – но мыслей не было. Время для него почти замерло. Только редкие удары сердца напоминали ему, что он еще жив. Зрение обратилось внутрь него, все ощущения, все сознание сосредоточились в одной единственной точке – в верхней части шеи.
Тук. Тук. Тук.
Пронзительный удар раскаленным гвоздем вжегся в затылок Тима с правой стороны!
Как сжатый до предела стальной обруч, Тим изо всех сил прыгнул влево. И в тот же миг волшебник выбросил руку вперед.
Раскрученный шар, будто взбешенный, метнулся к Тиму. Скорость была такой чудовищной, что Тим даже не заметил его приближения.
Удар!
Через одно кратчайшее мгновение Тим почувствовал оглушительный, мощнейший удар! Казалось, в скалу в дюйме от него впечаталась сразу тысяча молний и громов. В то же мгновение голова будто взорвалась.
Тима швырнуло вверх и в сторону.
Уже в воздухе он увидел, как отскочивший от скалы шар врезался в волшебника и стоящего за ним Сомо.
Последнее, что помнил Тим – это летящие высоко в небе тела с растопыренными руками и ногами, крутящиеся, будто детские вертушки…
А потом его ударило о землю, и он провалился во тьму.
Глава 8. Пленники.
Тим очнулся от того, что левую щеку, на которой он лежал, что-то кололо. Он чуть поерзал ею, но через мгновение ночной ветерок пощекотал уже другую.
Медленно, с усилием, Тим разлепил ресницы.
Темно, очень темно. Где он? Что происходит? Почему такая тишина? Подниматься не было ни сил, ни желания.
Через минуту глаза Тима начали различать смутные очертания – перед ним высился ночной лес. Сперва Тим рассмотрел только верхушки деревьев: проглянувшая сквозь тучи луна, будто снегом, припорошила их серебристым светом.
Как красиво! Как хорошо, как тихо!
Постепенно зрение привыкало к темноте – теперь он видел не просто черную массу, но и отдельные деревья, кусты. А это что? Просека?
Мысль Тима ухватилась за это слово – просека. Здесь что-то не так. Что-то… Да! Не было тут никакой просеки.
В голове сверкнуло – шар!
Тим вспомнил все. Он резко приподнялся и сел, настороженно озираясь.
Высокой столб пламени исчез, костер выгорел полностью – на его месте темнела лишь кучка пепла.
Пролетевший вихрь разметал опилки еще шире – и теперь уже полполяны укутывало белое душистое покрывало, которое, отражая бледную луну, давало мягкое матовое освещение.
Тим зачерпнул горсть опилок и раскрыл ладонь – они медленно заструились сквозь пальцы. Он вдруг заметил, что его рука трясется. Тим поднял вторую и несколько мгновений пялился на свои кисти – обе крупно дрожали.