Тим вдруг поймал себя на том, что все время глупо лыбился, косясь на девиц. Он отругал себя, собрался.
Но, как Тим ни всматривался, Лила среди канья он не увидел.
Не пришла она и на обед.
Почему? Мысли, догадки, предположения – самые сумасшедшие и невероятные – они одно за другим вспыхивали в голове Тима.
Наступил вечер.
Канья залетали маленькими темно-красными стайками, быстро ужинали и снова упархивали. Лила не появилась.
Тим раздраженно мыл посуду. Что он здесь делал? Бросил все, забрался на самый край Саантары и занимался непонятно чем, в то время как Лила, наверно, уже праздновала свадьбу. Дурацкая, дурацкая затея!
Зал опустел.
Вдруг у Тима кольнуло в груди. Мелькнуло еще одно бордовое платье. Знакомая тоненькая фигурка. Сердце забилось так громко, что, казалось, его услышали все. Тим приготовился… так… еще немного… теперь пора. Он взял стопку чистых тарелок и, не поднимая головы, медленно направился к окну раздачи. Тим подошел к нему ровно в тот момент, когда возле него с другой стороны замерла невысокая девушка в темно-красном платье. Тим осторожно поставил тарелки и поднял глаза.
На него в упор смотрела Лила.
Они не произнесли ни слова. Просто стояли и глядели друг на друга. Это продолжалось секунду, две, три…
Лила была бледной, под глазами – темные круги. Но в них светился мрачный упрямый огонек.
Тим чуть приподнял брови: «Как ты?»
Лила чуть поморщила носик. Понятно… плохо!
Тим едва заметно кивнул. Затем развернулся и пошел назад.
В голове застучала мысль. Да, ее нужно вызволять. Нужен план, нужен план.
Глава 19. Неизвестность.
На следующий вечер все было готово.
План созрел у Тима совершенно неожиданно, еще вчера. Все повара уже разошлись, но Тим еще трудился – в его обязанности входило домыть посуду, прибрать кухню и дождаться мусорщика. Когда тот приехал, охранники вызвали Тима, открыли калитку, а сами, морщась, отошли подальше. Тим принялся перетаскивать здоровенные баки и в какой-то момент вдруг осознал, что Лила легко бы могла поместиться внутри. План казался таким простым, таким надежным, что Тима обдало радостным жаром.
Утром, когда Лила пришла на завтрак, Тим уже ждал ее. Точно так же, улучив момент, он направился к раздаче, неся стопку тарелок. Осторожно поставив их, Тим положил рядом крошечный, едва заметный бумажный комочек. Лила тут же аккуратно прихватила его.
В записке Тим просил ее пробраться в столовую сегодня вечером. Если она сможет прийти, пусть даст знак.
Теперь оставалось дождаться ответа.
Время потянулось бесконечно медленно. Тиму казалось, что минутная стрелка просто застыла.
Наконец пробило двенадцать. В столовой показались первые канья.
Нечто необычное случилось в середине обеда. Тим вдруг заметил, что мадам Линс и повара вдруг замерли, напряженно уставившись в зал. С другой стороны окна наоборот – прокатилась волна оживления – трапезничающие девушки вдруг разом начали оборачиваться и поднимать головы.
Лила!
Выяснилось, что причиной всеобщего внимания оказалась именно она, когда гордо, с высоко вздернутым носом прошествовала через всю столовую. Едва она подошла к окну раздачи, внезапно наступила тишина. Замерли в воздухе десятки ложек, никто не разговаривал, сотни озадаченных взглядов были устремлены только на нее.
Лила обернулась – и будто кто-то снова запустил время, зазвенела посуда, все отвели глаза и принялись усердно жевать.
Кса! При таком внимании невозможно обменяться с ней сообщением – Тим даже не решился подходить к раздаче. Что же делать? И, как назло – никаких мыслей.
Идей не появилось и позже – Лила уже закончила обедать и поднялась, а Тим так ничего и не придумал.
Неожиданно она сама снова подошла к раздаче – к дальней стороне, ближе к десертным столам.
Затаив дыхание, Тим застыл на месте.