Оглушительный удар сверху!
Все четыре правые лапы обрушились на то место, где секунду назад сидел Тим. От мощного стука даже дрогнула земля, а Тиму показалось, что в его голове что-то лопнуло. Лапы просто сломали костяные наросты, что недавно защищали Тима.
Посыпались осколки, по темечку Тима саданула какая-то тяжелая палка. Быстрей! Тим пополз прочь.
Скрежет за спиной – Тим вскочил, разворачиваясь.
Каягурна уже перевернулась – она стояла на лапах и глядела на него. Но не нападала! Что-то неуловимо поменялось. Через мгновение Тим понял, куда она смотрела – на его руку. Его ладонь крепко сжимала… что это?
Кость… шип! Острый, тяжелый шип длиной с локоть. Похоже, Тим инстинктивно схватил его, когда тот свалился сверху.
Чудесное ощущение теплой волной пробежало по телу Тима. Голова трещала, ребро ныло, едва давая дышать, но он поднял взгляд и широко ухмыльнулся. Теперь у него появился… нет, еще не план, а тонкое восхитительное его предчувствие. Это казалось каким-то волшебством!
Кажется, каягурна тоже что-то такое почуяла. Она стояла еще минуту, перебирая лапами, будто раздумывая и никак не решаясь напасть. Даже искоса пару раз глянула на свою пещеру.
Но ее подстегнул громовой, одиночный удар бубна. Он наплыл сверху такой мощью, что Тим даже кожей почувствовал его прикосновение.
Резкий рывок – будто очнувшись, каягурна ринулась вперед. Тим кувырком ушел в сторону, вскочил на ноги и бросился бежать – направо, прямиком к стене.
Тварь рванула за ним. Шустрая, она была очень шустрая, но Тим успел.
Он прыгнул высоко вверх, вскакивая на выпирающий край блока. И тут же сделал еще один прыжок, еще выше, на другой уступ, потом на третий.
Тварь полезла за ним, выгибаясь, цепляясь за камень передними конечностями. И тут Тим изо всех сил оттолкнулся от стены, совершив высокое сальто через голову каягурны. Та еще сильней запрокинулась, пытаясь ухватить Тима, но на этот раз шансов у нее не было.
Тим мягко приземлился ей на брюхо и, не останавливая движения, вонзил шип в то самое открытое место, в пробитую в броне дыру. Ее шкура сразу лопнула, обдав Тима струей вонючей зеленой жидкости.
Раздался пронзительный визг каягурны – она выгнулась еще сильнее, отчаянно забив по земле лапищами. Но Тим, заорав, толкнул руку еще глубже, погрузив ее в тело твари по самое плечо, и рубанул шипом, вспарывая внутренности.
Что происходило дальше, Тим плохо помнил. Помнил, что каягурна кидалась и кидалась на стены, пытаясь сбросить его. А он орал и, не унимаясь, резал и резал ее, будто обезумев.
Тим не сразу понял, что тварь уже мертва. Просто в какой-то момент пришло осознание тишины и неподвижности.
Он медленно обернулся, затем вытащил руку и поднялся. Лапы каягурны широко распластались по дну колодца, голова безвольно повернулась набок, глаза потухли. А сам он был весь перепачкан ее зелено-коричневыми кишками.
Тим посмотрел наверх – там царило абсолютное молчание. Ни единого вздоха. Только тысячи глаз, тысячи окаменевших лиц.
Вдруг он заметил одинокое движение – к краю колодца подошел король. Рудвиг молча взирал на Тима целую минуту, а потом прохрипел:
– Тим, сын Арилиуса… Роднар видит тебя!
Его слова тут же подхватило многотысячное эхо:
– Роднар видит тебя!
Через минуту сверху сбросили веревку.
Глава 23. Король Рудвиг.
Тим вышел на середину зала.
Королевский дворец Роднара не отличался особой изысканностью – он больше походил на крепость. Мощные стены из серого камня, узкие окна, похожие на бойницы, простая надежная мебель.
Зал приемов тоже выглядел обыденно – темный, мрачноватый, правда, несколько колонн чуть добавляли изыска. Посередине стоял трон – обычное большое деревянное кресло, уже потемневшее от времени.
На нем восседал король Роднара Рудвиг VII.
– Спасибо, что согласились принять меня, милорд, – Тим склонил голову.
На самом деле Тим прождал в приемной несколько часов. Десятки, если не сотни людей прошмыгнуло мимо, глазея на него, но Тима вызвали только сейчас.