Лицо Тима обожгло, будто по нему хлестнул раскаленный песок. Он в ошеломлении взглянул на своих – потрясенная матушка закрыла ладонью рот, неимоверно расширились глаза сестренок, и отец, стиснувший зубы – он согнул руку со сжатым кулаком:
– Е-е-е!
Мгновение – и близняшки вцепились в Тима, зарыдав. Следом и матушка – тоже вся в слезах. Отец обнял сразу всех, прижимая голову Тима к своему плечу и ероша его волосы:
– А я всегда верил, я верил. Ты особенный!
Тим растерянно косился вокруг – люди отступили, настороженно и почтительно взирая на них. В ушах шумело, мысли скакали.
Его привел в себя громыхающий голос Боторро:
– Уважаемые граждане и гости города, сто восьмой розыгрыш ежегодной Арвиинской лотереи… состоялся!
Громкие аплодисменты вновь захлестнули площадь.
Тим выпрямился, потянул шею – шум в ушах сразу прошел. Люди уже не глазели на него, мир вокруг опять казался обыденным. В сердце закралась робкая надежда. Может, ничего не было? Может, просто послышалось?
Снова громкий голос управляющего:
– Лануш, сын Рагнара, Тим, сын Арилиуса. Прошу подняться ко мне.
Тим стиснул зубы – нет, не послышалось.
Отец разжал руки:
– Ладно вам, ладно, – он шагнул назад. – Ему надо идти.
Матушка и сестренки с трудом отпустили Тима, и отец легонько подтолкнул его:
– Иди уже, иди.
Тим закивал, потом растерянно развернулся и на подгибающихся ногах побрел вперед. Люди расступались, испуганно взирая на него, и перешептывались. Тим ошалело оглядывался вокруг, не веря, что все это происходит на самом деле.
Эта дорога показалась ему очень, очень длинной.
Наконец он добрался до помоста.
С другой стороны, одновременно с ним, вышел темнокожий подросток – босой, в выцветшей рубашке и латаных штанах. Они не были знакомы, но Тим встречал его в городе. Кажется, парнишка жил в приюте.
Они вместе подошли к ступенькам и посмотрели друг на друга. Тим протянул руку, и парень крепко пожал ее. Вдвоем они одновременно шагнули на помост.
И в этот миг раздался оглушительный треск. Толпа ахнула – на блестящей под солнцем поверхности стеклянного шара появилась огромная зигзагообразная трещина. Мгновение – и от нее, пощелкивая, начали разбегаться все новые и новые. Через минуту вся сфера покрылась такой густой сетью трещин, что стала непрозрачной.
Все в изумлении замерли.
Оглушительный звон и грохот!
Барабан лопнул, обрушившись на помост тысячами шариков и мелких стеклышек. Чиновники из ратуши, управляющий, Тим, паренек – все отскочили к дальнему концу площадки. Через мгновение сверкающий поток пролился на мостовую – люди, стоявшие рядом, отхлынули в стороны.
Вперед выступил Боторро, он принялся успокаивать собравшихся:
– Ничего страшного, граждане, ничего страшного! Старое стекло не выдержало тряски. Такое бывает.
На пять минут вокруг помоста поднялась суета – пока выбежали служащие, пока все убрали.
Наконец управляющий вновь обратился к арвиинцам:
– Уважаемые горожане, извините за задержку. Давайте вернемся к нашим победителям.
Он посмотрел на темнокожего подростка.
– Представьтесь, молодой человек.
– Я Лануш, сын Рагнара.
– О, нет-нет, – засмеялся Боторро, – давайте-ка погромче. Чтобы все услышали!
– Лануш, сын Рагнара!
– Тим, сын Арилиуса!
В этот момент в третий раз протрубил королевский горн.
Боторро выпрямился и торжественно объявил:
– А теперь, по традиции, наших победителей поздравит Его Величество, король Арвиина Лорак II.
Через минуту тот уже поднимался по ступенькам.
Король Лорак был худощавым человеком средних лет, хотя голова его уже полностью поседела. Одежду он носил довольно простую, но на коричневом камзоле сверкали два ордена. Его сопровождал слуга, который держал увесистые мешки.
Король, кажется, приболел. Тим сразу заметил это – едва Лорак ступил на помост. Его пошатывало, на лбу блестела испарина, бледный, рассеянный. Сделав пару шагов по сцене, он вдруг застыл, уставившись на ребят. Прошло несколько мгновений – но Лорак не шевелился. Все ждали, пауза затягивалась. Тим заметил недоуменные переглядывания чиновников из ратуши.