Четверо мужчин в мантиях обменялись взглядами, и наконец один из них, уже сидевший за столом, наклонился вперед, налил себе чашку кристально чистой воды и откашлялся.
«Не заблуждайтесь, командир. Мы вам не друзья. Нам просто выгодно снабжать вас всем необходимым для достижения ваших целей в данный момент. Когда ваша задача будет выполнена, у нас больше не будет с вами дел».
Друид рядом с ним кивнул. «Это проблема для нас, и она породила раскол в нашем обществе. Некоторые с радостью благословили бы Амбиорикса за то, что он сделал и что продолжает пытаться. Должен сказать, даже я пью за его успех, когда он уничтожил ваш легион зимой».
Глаза Фронтона опасно потемнели, и легионеры вокруг перестали тянуться к еде, внезапно насторожившись. Масгава пожал плечами и отправил в рот сливу.
«Давайте не будем вступать в спор», — успокаивающе сказал первый друид. «В этом неметоне живут семь пастырей народа. Трое не согласны с нашей позицией и ушли, чтобы поддержать Амбиорикса и врагов Рима. Мы четверо остаёмся, поскольку не заинтересованы в продолжении кампании сопротивления короля Эбурона».
«Вы так и не дали нам никаких объяснений. Откуда такое разделение?»
«Вопрос в том, чтобы решить, какой путь лучше всего выбрать для нашего народа. Те из нас, кого вы называете «друидами», — не армия, а каста мудрецов, каждый из которых обладает собственной свободной волей. И, будучи мудрецами, мы считаем, что обладаем большей мудростью, чем другие. Возможно, истинная мудрость заключается в попытке связать все возможности в единое целое».
«Значит, некоторые из вас считают, что Амбиорикс вреден для Галлии? Я склонен согласиться. Хорошо… пока предположим, что вы ничего не скрываете и мы можем вам доверять, хотя сама эта мысль меня немного смущает. Есть ли у вас какая-нибудь полезная информация для нас?»
Четвёртый друид, до сих пор молчавший, прочистил горло. Он был стариком – во всяком случае, старше остальных – и голос его был тихим и пронзительным. «У Амбиорикса лишь небольшая группа последователей, но он пользуется благосклонностью королей и совета. Его приветствуют повсюду, от моря до гор, кроме земель Кондруси».
«Это не особенно помогает».
«То, где он сейчас, вас не волнует. К тому времени, как вы туда доберётесь, его уже не будет. Я предлагаю вам лучшее решение: где он будет».
Фронтон прищурился. «Вот теперь ты говоришь. Продолжай».
Амбиорикс завершил переговоры со всеми восточными племенами и заслужил их благосклонность. Треверы уже воюют с вашим полководцем, а нервии практически уничтожены, но он надеется собрать армию из оставшихся до того, как ваши войска до них доберутся. Он не станет обращаться к нам, поскольку кондрузы упорно отказывались иметь с ним дело. Поэтому у него остаётся только один путь: вернуться домой. Ему по-прежнему нужны эбуроны, поскольку они — центральная позиция его племенного союза. А эбуроны, которые всё ещё процветают, верны его противнику, королю Кативолку. Чтобы собрать армию, он должен отвоевать земли у своего брата-короля. Найдите Кативолку, и со временем Амбиорикс найдёт вас.
Фронто кивнул. «Как бы меня ни раздражало, что я буду помогать друидам в достижении их целей, спасибо тебе за это. Само собой, если мы доберемся до двора Кативолка и обнаружим, что нас предали, и что весь народ Эбуронов ждет нас с заостренными клинками, я найду способ вернуться сюда и пригвоздить тебя к твоим священным деревьям, даже если это сделает моя личинка — мой мстительный дух. Надеюсь, мы договорились?»
Друиды просто снисходительно улыбнулись, как будто они полностью ожидали и приняли его угрозу.
«Мне нужно обсудить еще один вопрос».
Он взял со стола яблоко, осмотрел его, словно ожидая, что оно гнилое, потер его о тунику, откусил и долго жевал.
«Куда делись арверны?»
Его спутники нахмурились, а Фронтон, не обращая на них внимания, наблюдал за лицами четырёх друидов. Как он и ожидал, двое из них тут же изобразили виноватое удивление, прежде чем на их лицах появилась невинность. Двое других тут же насторожились.
«На севере арвернов нет».
«Теперь мы оба знаем, что это ложь. Как вы можете ожидать, что я поверю вашей информации об Амбиориксе, если вы так откровенно лжёте о своих посетителях?»
Человек, который первым сопровождал их и которого Фронтон начал считать старостой, наклонился вперед и сложил пальцы домиком.
«Арверны — не ваше дело. Они здесь по делам наших братьев с юга, а не в связи с вашей охотой на Амбиорикса».
Фронто прищурился и глубоко вздохнул.
«Имейте в виду, что я человек исключительно практичный. Даже мой немертвый дух сможет справиться с молотком и гвоздями. Не упускайте из виду образ вас четверых, висящих на деревьях, а ваш драгоценный священный камень стоит вертикально, высеченный в статуе Немезиды. Я не люблю, когда мне лгут или перечат». С ворчанием он бросил наполовину разжеванное яблоко обратно на блюдо и встал. «Думаю, мы закончили».