«Трахни меня!» — закричал Аврелий в панике. «Дерьмо, дерьмо, дерьмо, дерьмо, дерьмо!»
«Возьми себя в руки, мужик!» — рявкнул Пальматус, демонстрируя гораздо больше самообладания, чем чувствовал сейчас Фронтон. По всей поляне мужчины поднимались с одеял, держа мечи в руках. Волкоподобное существо бросило отрубленную голову в огонь, где шерсть вспыхнула, и горящий предмет покатился сквозь пламя к Фронтону, который отступил в сторону, когда оно проходило мимо. В темноте за волкоподобным существом начали вырисовываться фигуры, каждая из которых была ужасной пародией на животное. Человекоподобное существо с оленьей головой и рогами, спиленными близко, чтобы не цепляться за ветви. Человекоподобное существо. Другие, слишком неразличимые в темноте.
«Богиня!» — закричал Аврелий. «Это Ардуэнна!»
«Это не Ардуэнна!» — сердито рявкнул Фронто. «Это женщина, и она на нашей стороне!»
Ужасные твари вышли из леса на поляну, и, словно из ниоткуда, рядом с волкочеловеком внезапно появился Масгава. Одна рука поднялась к подбородку существа, озарявшемуся оранжевым светом костра, и дёрнула голову набок, а другая ударила, вонзив толстый длинный нож в яремную вену существа, из которой в ночь брызнула тёмная жидкость.
Когда существо дернулось и упало, рука Масгавы соскользнула, схватившись за волчью шерсть, и волчья маска выскользнула из его руки, безжизненно повиснув, а человек, который ее носил, рухнул на землю, хватаясь за шею и истекая кровью.
Масгава был хорошо заметен по яркой белозубой улыбке в темноте, когда он отбросил волчью голову и повернулся к остальным нападавшим в звериных масках. Когда люди прыгнули вперёд, Фронтон повернулся к Аврелию. «Возьми себя в руки, болван!» — рявкнул он и бросился в бой, благодарный за то, что чуть не обгадился, и за то, что Аврелий никогда об этом не узнает.
Теперь на поляне с полдюжины воинов сражались, хотя они уже не были в шоке, который сопровождал их появление после впечатляющего первого убийства прагматичного Масгавы. Теперь в игру вступила эффективность обученных римлянами воинов. Фронтон перебежал дорогу и оказался лицом к лицу с человеком-оленем, а справа от него – Магурикс-реми, отбивающийся от второго волкочеловека. Парируя удар меча и нанося резкий удар в плечо оленя, Фронтон на мгновение восхитился мастерством этого крупного, мускулистого воина-реми. Держа в правой руке тяжёлый меч и не держа щита, Магурикс ловко отбил клинок нападавшего и нанёс три удара левой рукой: мощный удар в почку, апперкот в челюсть, напоминающую волчью морду, а затем резкий удар локтем сверху вниз по связке, соединявшей плечо с шеей, когда тот упал. Ещё до того, как тот коснулся пола, Магурикс уже вернул себе позицию с мечом и вонзил клинок в падающую грудь.
Боги, как же быстр был этот человек.
Фронтон нанёс второй, а затем и третий колющий удар оленю, уклоняясь от его отчаянного контрудара, и оказался лицом к лицу с медведечеловеком, в то время как его предыдущая жертва упала на землю. Глубоко вдохнув дымный, холодный ночной воздух, он приготовился к следующему бою, но замер, когда огромный человек с медвежьей головой напрягся и повалился на землю. На спине мужчины гордо торчала аккуратно оперённая стрела.
Фронтон вздрогнул и отступил назад, раздумывая, успеет ли он броситься за щитом. Никто из них не успел спрятать щиты, настолько внезапной была атака.
«Стой смирно, римлянин», — произнёс лучник на сносной латыни, выходя из тёмных деревьев. Он был явно местным: жёлто-коричневая туника и серые клетчатые брюки, светлые волосы заплетены на висках, а усы свисают ниже губ. Вторая стрела уже лежала на тетиве лука. Фронтон уже опускал меч, а стрелы вонзились в оставшихся нападавших с головами животных, быстро и безжалостно убивая их.
Фронтон отступил назад, вложил меч в ножны и поднял руки в примирительном жесте.
Вот вам и дозорные. Один из пары, дежурившей сегодня вечером, был обезглавлен, а другой… ну, во время боя Вальгуса не было видно. По правде говоря, этот лес был таким тесным, тёмным и незнакомым, что он вряд ли заметил бы нападавшего, как и остальные.
«Мы не причиним вам вреда», — сказал он, обходя огонь и прикрываясь щитом.
«Ты сказал, что Ардуэнна «на твоей стороне»?» — спросил мужчина, прищурившись, но его стрела все еще была направлена на Фронто.
«Мы здесь с благословения Богини и по указанию друидов Дивонанто», — сказал Фронто, надеясь, что благословения Богини и помощи друидов будет достаточно, чтобы компенсировать упоминание о поселении, оставшемся верным Цезарю.