«Я плохо подготовлен к бою», — вздохнул Пальматус, глядя на небольшой столовый нож, лежавший перед ним на столе.
«Они здесь не для битвы», — тихо ответил Фронтон. «Зачем бы они ни пришли , дело не в этом. Это их город, так что они могли бы взять с собой мечи. Они могли бы просто расправиться с нами снаружи или даже ночью».
Несмотря на уверенность в том, что вновь прибывшие не собираются устраивать насилие — или, по крайней мере, не сразу, — Фронтон обнаружил, что слегка отодвинул стул назад, чтобы дать свободу движения, и заметил, что остальные трое делают то же самое. Рука Пальматуса опустилась на столовый нож, а когда он откинулся назад и небрежно скрестил руки, нож исчез.
«Я не думаю, что эти люди — эдуи», — тихо прошипел Галронус.
'Почему?'
«Посмотрите на их руки».
'Что?'
«Кольца на руке».
Фронтон всмотрелся. «Какая-то змея?»
Галронус кивнул. «Крылатая змея. Это символ Арверна. Думаю, его можно назвать Меркурием. Хотя здесь его почитают не меньше, чем в других местах, он — избранный отец Арвернов. И у каждого воина здесь есть этот браслет».
Фронтон оглядел комнату. Галронус был прав. Каждый из них носил индивидуальную одежду, ожерелье и украшения, но у всех на левом бицепсе красовалось одно и то же кольцо.
«Арверны?» — спросил он, обращаясь к Галронусу. «Они с юга, да? Почти из Нарбонны. У нас никогда не было с ними проблем. Почти сто лет».
Галронус просто пожал плечами.
Фронтон с подозрительным интересом наблюдал за новоприбывшими. Присутствие группы воинов из другого племени, пожалуй, могло объяснить напряжённую тишину, царившую в городе Бибракте, но она порождала не меньше вопросов, чем давала ответов.
«Слушаюсь», – сказал Пальмат, указывая на вход. Фронтон снова обернулся. В дверях стоял мужчина, почти загораживая проход. От высококачественных кожаных сапог до ножных повязок, клетчатых синих брюк, светло-серой льняной туники и золотого ожерелья на шее – он был настоящим галльским аристократом. Без оружия, его мускулистые руки свободно висели по бокам, а длинные каштановые волосы низко свисали, откинутые назад и заплетенные в косы по бокам. Его густые брови были выразительными и мощными, а густые, обвислые усы скрывали рот.
В этом человеке была сила, мгновенно заполнившая комнату. Друиды, вероятно, мечтали бы о ней. Сенаторы готовы были убить за неё. У Цезаря она уже была , несмотря на все его недостатки. Природная сила, порождённая лидерскими качествами и харизмой. Человек, у которого другие ждали одобрения.
«Если я правильно помню, арверны перестали быть под властью царя, когда Агенобарб со своими легионами разгромил их, — тихо сказал Фронтон. — Часть мирного соглашения с Римом требовала, чтобы они больше не подчинялись королевской власти».
Остальные пожали плечами, но Фронтон кивнул про себя. Он вспомнил эту историю из своих исследований галльских племён, когда они впервые пришли к северу от Альп. У арвернов теперь не было королевской семьи, но этот человек вполне мог быть королём.
Рослый галл спокойно вошёл в комнату, кивнув своим людям и трактирщику, а затем повернулся и направился прямо к их столу. Не дожидаясь приказа, один из стоявших рядом воинов с резким скрежетом откатил стул по полу, пока тот не оказался у края стола Фронтона.
Крупный мужчина подошёл к креслу и указал на него большой, сильной рукой, в его взгляде читался невысказанный вопрос. Фронтон кивнул и указал на кресло в ответ. Что бы ни происходило, ему было любопытно узнать намерения могучего воина-арверна.
«Вы говорите по-латыни?» — непринужденно спросил он, отпивая вино.
Последовала пауза, и здоровяк некоторое время играл своими усами, а затем кивнул.
«Я выучил ваш язык в юности. Мой народ торгует с вашими купцами через границу, и латынь широко распространена в моём племени».
«Хорошо, потому что, честно говоря, я никогда не смогу понять ваш язык».
Здоровяк невесело улыбнулся и опустился в кресло. По залу послышался тихий гул обыденных разговоров. Фронтона эта кажущаяся обыденность не обманула. Насколько он мог судить, общий монотонный монотонный голос прекрасно заглушал их собственные слова и не давал двум оставшимся местным посетителям и трактирщику услышать, что они говорят.
«Я так понимаю, ты римский офицер», — улыбнулся галл, — «несмотря на красивую бельгийскую гривну на шее».
«Сейчас это сложный вопрос, учитывая отсутствие у меня командования, но меня устроит простой ответ «да». Я еду в Самаробриву, чтобы вернуться в армию».
«А твои товарищи?»
«Мои друзья. Двое из римских земель — бывший солдат и воин из южных пустынь, а Галронус — дворянин из рода Ремов».