Он затаил дыхание. Отсрочка совета даст Фронтону несколько дополнительных дней и может многое изменить. В комнате повисла гнетущая пауза. Антоний согласился, что они должны сделать всё возможное, чтобы предоставить Фронтону возможность работать, но Приск начал понимать, что новый старший офицер столь же непредсказуем, сколь и хитер. С тех пор, как Приск узнал его поближе, он уже не раз пересматривал свои решения.
— Нет, — Цезарь выпрямился и потянулся. — Карнуты и раньше доставляли неприятности, поэтому в прошлом году мы разместили там легион. А сеноны живут достаточно близко, чтобы уже быть здесь, если бы собирались явиться. Твой полубог прав, Антоний. Эти два племени отказались явиться на мой призыв. Вопрос теперь в том, что с этим делать?
«Я думаю, ответ на этот вопрос достаточно ясен», — ответил Антониус твердым и жестким голосом.
«Отправить легионы?» — спросил Цезарь.
«Пошлите их против этих двух племен. Сделайте с ними то же, что вы сделали с нервиями».
Приск прищурился, взглянув на Антония. Пытался ли этот человек выиграть Фронтону время или просто утолить его жажду битвы? Такое действие, безусловно, затянет совет, но Фронтон вряд ли одобрит такой метод. Полностью уничтожить два племени только ради того, чтобы выиграть время для Фронтона, было вряд ли уместно.
Генерал нахмурился. «Мне не нравится идея переброски всей армии дальше на запад, в то время как моя главная цель находится на востоке».
Приск снова прочистил горло. «И при всём уважении, генерал, у нас пока нет подробностей. Несколько преждевременно отдавать приказ об истреблении племён, не осознавая до конца, почему мы это делаем».
Цезарь кивнул, и Антоний бросил на префекта мимолетный раздраженный взгляд.
«Хорошо…» – сказал генерал, опираясь на стол. «В двух днях пути к югу отсюда, в столице паризиев, Лютеции, есть склад снабжения. Это на границе земель карнутов и сенонов. Я переброшу туда два легиона и снова созову собрание. Ты же, – он указал на Антония, – немедленно поведешь три легиона на юг. Разбери их снаряжение, чтобы они могли быстро передвигаться и выступить против этих двух племён. Поторопись и либо приведи их на собрание, либо выясни, почему они не явились, и накажи как следует. Остальная армия может остаться здесь и ждать нашего возвращения».
Антоний одобрительно кивнул.
«А ты, Приск… я пока передам лагеря в руки моих лейтенантов. Ты пойдёшь с Антонием. Он новичок в Галлии, но ты уже достаточно хорошо знаешь племена и их обычаи. Антоний? Ты склонен бросаться в воду с головой, не попробовав её. Приск знает галлов. Слушай его, и если он что-то тебе посоветует, я настоятельно рекомендую тебе это сделать».
Префект отдал честь. Он пытался замедлить ход событий, но, похоже, Цезарь был полон решимости быстро навести порядок, прежде чем двигаться дальше. По крайней мере, с Приском и предоставленными Цезарю полномочиями он мог бы подтолкнуть Антония и направить его на верный путь. Друг и старший офицер Цезаря бросил на Приска кислый взгляд, и префект вздохнул. То, что Цезарь считал разумным советом, Антоний, вероятно, воспринял как кастрацию.
Цезарь протянул руку и положил на стол свои таблички и стилос, готовый вернуться к работе. Он бросил на них короткий взгляд.
«Ты ещё здесь? Иди. У тебя приказ».
Приск и Антоний отдали честь и, обернувшись, вышли из шатра. Как только полог вернулся на место, и они миновали защитный кордон стражи Ингенууса, младший, но и старший, обернулся, схватил Приска за плечо и резко остановил его.
«Что это было, черт возьми?»
Прискус вздохнул.
'Что?'
«Ты хотел выиграть время для Фронтона. Я купил ему целую кампанию. Теперь мы оттянем время на столько, чтобы выбить всю дурь из карнутов и сенонов. Фронтон будет благодарен. А ты вместо того, чтобы помочь мне, несёшь всю эту чушь о том, что нужно подождать на всякий случай и убедиться, что они заслуживают взбучки. Я думал, ты друг Фронтона?»
Префект напрягся и обернулся, вырвав плечо из крепкой хватки Антония.
«Вся причина, по которой Фронтон это делает, — предотвратить ненужное разорение, порабощение и сожжение целых племён. Нам следует работать над тем, чтобы сделать из них союзников и подданных, а не трупы и рабов. Ты и правда считаешь, что лучший способ помочь Фронтону — это продолжать делать то, что он пытается остановить? Ради всего святого, Антоний! А что, если сеноны и карнуты не приедут, потому что поссорились с другими мятежными племенами? Такое уже случалось!»
«Тогда мы всё и узнаем, пока наши гвоздиковые сапоги будут висеть у них над горлом», — резко бросил Антоний. «Лучше вести переговоры с позиции силы, я бы сказал».