В конце концов, я ожидал, что это стремление угаснет во мне. Как и первое недовольство по поводу нашего брака.
— Кстати, говоря, о Кире, — проговорил я, — где наша маленькая проказница?
— Не знаю. Она выскочила отсюда пару часов назад.
Я приподнял бровь, задумываясь, что такого важного могло произойти. Прежде чем я озвучил этот вопрос, услышал звук машины, подъезжающей к дому по подъездной дорожке. Пару мгновений спустя, я услышал голос Киры:
— Эй? Вы где?
— Здесь, — прокричала Шарлотта.
Я взглянул через плечо, увидев, как Кира входит на кухню и ставит на пол большую коробку с отверстиями на крышке сверху.
— Что это еще такое? — проговорил я, указывая на большую коробку.
— Сюрприз, — проговорила она, улыбаясь.
Я издал стон.
Что пришло ей в голову на этот раз?
— Но, во-первых, — проговорила она, присаживаясь на стул рядом со мной, — мы, наконец, официально женаты. Я отнесла свидетельство о браке Мистеру Хартману. Наш чек будет обработан сегодня, и его выдадут нам уже завтра. Мы можем забрать его первым делом завтра утром.
Волнение пронзило мое тело.
— Что? — воскликнул я. — Серьезно?
— Серьезно. — Она тепло улыбнулась мне. Я не смог ничего поделать, поднялся на ноги и бросился к ней, заключая ее в крепкие объятия и кружа, пока она продолжала заливисто смеяться.
— У нас получилось, — проговорил я, почти не веря своим словам, останавливаясь и опуская ее на ноги передо мной. Она улыбнулась мне, ее глаза светились, а улыбка сияла. И я, наконец, добился ямочки на ее щеке.
— Знаю, — выдохнула она. Я впился взглядом в ее прекрасные глаза, и в этот момент мне так отчаянно хотелось поцеловать ее, я хотел знать, было ли это моим естественным желанием или на меня все еще воздействовала травяная смесь Шарлотты, которая все еще бушевала в моей крови.
Но мои рассуждения были прерваны тихим царапающим звуком, который исходил из коробки, находившейся позади нас. Я нахмурил брови, а улыбка Киры увеличилась, и очаровательная ямочка вновь появилась на ее щеке, когда она отошла от меня, спешно двигаясь в сторону коробки.
Разворачиваясь, я спросил:
— Что ты делаешь?
Она опустилась на корточки, открыла крышку коробки, и оттуда высунулось нечто, что напоминало или маленькую собаку, или же большого щенка. Его проникновенные темные глаза настороженно вперились в меня, а ярко-зеленые глаза смотрели на меня взволнованно.
— О Боже, — ахнула Шарлотта и спешно пошла в сторону Киры. — И кто тут у нас такой? — Шарлотта приподняла железный медальон на ошейнике, что был застегнут вокруг шеи собаки и прочла:
— Сюги Саг?
— Это произносится, как Шуга, только с "и" на конце, — гордо сказала Кара. — Или как имя рэпера, Шуги Найта. Шуги Саг.
— Оу, точно, — проговорила Шарлотта, как будто она имела преставление о том, кто такой «рэпер».
— Хотя, возможно, следует произносить Саг через «ш», — произнесла Кира, ее глаза устремились вверх, так, словно она задумалась над этим.
Я покачал головой, вновь переключая свое внимание на собаку в руках Киры.
— Что это вообще такое, Шуги Саг? — поинтересовался я. — И что там такое с его мордой? — Нижняя часть морды собаки, ее нос и челюсть выглядели так, словно кто-то изувечил их каким-то образом.
Кира прижала собаку к своей груди и другой рукой прикрыла ее ушко, эта собака была большим щенком, теперь я мог точно сказать, что это была дворняга.
— Ш-ш-ш, — произнесла она. — Знаешь ли, она может услышать тебя. — Она метнула в меня презрительный хмурый взгляд. — И, между прочим, Шуги Саг — это она. — Она улыбнулась, смотря на щенка, который теперь смотрел на нее с едва сдерживаемой надеждой. — Не так ли, девочка? Не так ли, моя сладка булочка? Да, ты девочка, хорошая девочка. Такая хорошая девочка. Сладкая, хорошая девочка. — Я скривился от звука громкого сюсюканья. Но, по-видимому, щенок совершенно не возражал, чтобы с ним немного поговорили таким образом.
Собака еле сдерживала свой восторг от внимания Киры, облизывая ей лицо своим странным изуродованным ртом. Кира рассмеялась и прикрыла ухо собаки еще раз.
— Я спасла ее. Ее первый владелец надел на нее намордник сразу после рождения. И потом вообще не снимал его. Когда ее нашли, она была на грани смерти, и ей пришлось перенести операцию с хирургическим вмешательством, чтобы убрать намордник. — Она убрала руку от уха собаки. Шарлотта цокала языком и ласково бормотала, словно бабушка, которая впервые увидела свою внучку, нежно трепля ее за ухо.
— Ох, бедная маленькая малышка. Тебе не стоит ни о чем волноваться, Шуги Саг. Ты просто отлично впишешься в нашу компанию. — Испытывая явную радость, щенок издал крошечное тявканье и затем сразу же опустил голову, словно ожидая страшных неминуемых последствий за свой лай. Она взглянула на нас печальным взглядом, ее голова все еще была в опущенном положении.