— Ааааа, ну точно. Твой, несомненно, продвинутый взгляд на женщин. Сделаю вид, что не заметила, в какую из корзин ты забросил меня.
— Ново, уймись, а? Ты поняла, что я имею в виду. Пэрадайз и Элиза ни за что не пойдут в подобное место, тем более они не станут от скуки трахаться с первым встречным или со своим одногруппником.
— Осмелюсь напомнить, что Пэрадайз как раз трахается со своим одногруппником.
— Да, но они состоят в отношениях. Пэрадайз была девственницей. Элиза тоже. Черт возьми… она же теперь не выйдет замуж…
Ново очень долго смотрела на него.
— Знаешь, что я нахожу поразительным?
— Что? Если это цвет моих глаз, то я тоже считаю твои офигенными…
— Насколько ты сексист и свинья, обожающая судить других. За время нашего знакомства ты поимел два-три десятка женщин… и не отрицай, мы вместе тусовались по клубам, я видела, как ты уходил с ними. И при этом ты говоришь, что женщина не может вести себя таким же образом. Скажи, тебе не жмут твои двойные стандарты? Совсем, ни капли?
— Женщины — другое дело. — Он пожал плечами. — Так устроен мир.
Ново посмотрела в точку где-то над его головой… и у Пэйтона возникло ощущение, что в своих мыслях она доделывала работу за лессером, не добившим его.
— Нет, — пробормотала она. — На самом деле, мудак — это диагноз, и не важно, что у человека промеж ног.
***
В другом конце города Элиза завела Акса в свою комнату и тихо прикрыла за ними дверь.
— Получилось, — выдохнула она, направляясь сразу к ванной. — Никто не заметил…
Увидев свое отражение в зеркале, она резко остановилась и ухватилась за голову.
Господи… сколько крови.
Акс встал позади нее, качая головой.
— Я не хотел, чтобы ты видела что-то подобное. И, тем более, оказалась посреди этой грязи.
— Такую жизнь ты ведешь? Уходишь туда… каждую ночь… сражаешься до тех пор, пока какой-нибудь лессер рано или поздно не убьет тебя?
— Не думай в таком ключе. Нельзя так.
— Разве я могу? — Элиза повернулась к нему, чувствуя желание осмотреть его с головы до пят, выискивая незамеченные раны или пулевые отверстия. — Разве я могу это забыть?
Будто почувствовав¸ что ей нужно, Акс накрыл ее губы своими в глубоком поцелуе. Элизу мгновенно охватила нужда, ее руки отчаянно срывали одежду — с него и с себя, тряпки оставляли пятна на плитке, и она с Аксом устремились в душевую кабину.
Кабинка в его доме была простой, ее же представляла собой отдельную зону, шесть душевых насадок подавали воду, которую можно было запрограммировать в соответствии с температурными предпочтениями.
Но ей не нужна была эта роскошь. Ничего не нужно, когда она с Аксом, ни сейчас, ни в будущем.
Смыв с себя грязные сувениры, оставленные после сражения, они вышли из ванной, и Элиза выключила все лампы, оставив всего одну в дальнем углу спальни. Устроившись на ее большой кровати, они тихо занялись любовью под мягкими покрывалами, Акс был сверху, и, сливаясь телами, они не сводили друг с друга глаз. Элиза пришла к разрядке первой, оцарапав его спину ногтями… и вскоре Акс последовал за ней, его бедра резко вбивались в нее, он наполнял ее лоно своим семенем, провоцируя очередной оргазм с ее стороны.
Но у них не было возможности понежиться после.
— Мне нужно уходить, — прошептал Акс. — Я не могу здесь остаться.
— Можешь. Отец никогда не поднимается в мою комнату.
— Я не хочу рисковать. Тебя и так чуть не убили этой ночью.
Когда он выбрался из их уютного гнездышка, Элиза тоже поднялась и натянула розовый банный халат… думая, как это печально, что ему приходится надевать грязную одежду на чистое тело. Но Акса, казалось, это совсем не заботило.
И вскоре… чересчур скоро… он стоял перед ней, растирая ее плечи.
— Не могу поверить, насколько храброй ты была этой ночью.
— Храброй? Ты шутишь? Если говорить на сленге, я наложила в штаны.
— Ты пошла на лессера, не переставала стрелять. Если бы я не боялся за тебя до одури, то обязательно бы возбудился.
Элиза улыбнулась ему, но не смогла сохранить улыбку.
— Когда мы увидимся?
— Завтра ночью. И, прежде чем ты попросишь — да, конечно. Я сразу сообщу тебе, как появятся новости о Пэйтоне.
— Спасибо. — Она нахмурилась, вспоминая ситуацию в сигарном баре. — Мне жаль, что он проявил к тебе такое неуважение. Порой он бывает… старомодным, и с ним сложно сладить, но он не так плох.
– Я не желаю ему смерти. И не хочу проблем с ним. Пусть держится в стороне, и я его не трону.
Элиза кивнула, а потом ее словно накрыл некий стазис. Она не хотела отпускать Акса, но понимала, что ему неудобно оставаться… и не винила его.