Он не подходил к отцовской комнате с самой его смерти.
— Дерьмо, — выдохнул Акс, посмотрев в затемненное стекло.
Чтобы прекратить поток мыслей, он отвел взгляд от собственного отражения… и, вот неожиданность: Пэй-Пэю надоела пластинка «Не тронь мою кузину», и парень вернулся к своим стандартным настройкам — пялился на Пэрадайз, пока та сидела возле своего мужчины.
У всех выдалась тяжелая ночь, хотя тренировки в принципе не назовешь веселым занятием. Но, да, паршивое чувство — когда тебя носом тыкают в собственные косяки. Что в радость? Видеть, как кастрированный Пэйтон сидит по другую сторону прохода от Пэрадайз, отчаянно желая забраться к ней в голову, быть тем спасителем, в котором она нуждалась. Эти мысли практически витали в воздухе.
Прости, приятель. У нее уже все есть.
Ново поднялась со своего места и подошла к Аксу, пихнув так, чтобы усесться рядом.
— Я иду в два. Когда у тебя собеседование?
— Через полчаса. — Он потер татуировки с мыслью, что они сыграют с ним злую шутку. — Мне нужно поторопиться.
— Что ж, удачи.
Женщина протянула ладонь, и он пожал ее.
— Тебе тоже.
— Похоже, нас двое на эту работу. — Ее голос звучал взволнованно. — У Пэйтона и так полно денег, и черта с два он позволит оплачиваемой работе встать на пути его любимой травки. Бун тоже не нуждается в финансах… а Пэрадайз с Крэйгом и так заняты, в свободные ночи они обеспечивают дополнительную охрану в доме для аудиенций.
Черт, Акса не радовало соперничество с Ново… уж лучше это был бы другой мужчина, и да, похоже, он все-таки сексист. С другой стороны, это он останется в дураках. Ново была так же хороша в бою и стрельбе, как и он, силой почти могла сравниться с ним, а мозгами — даже вырвалась вперед. К тому же она не выглядела как серийный убийца.
Но, хэй, он может снять пирсинги. Прикинется паинькой. Станет почти нормальным.
— Заключим дружеское пари? — протянула Ново.
— На что?
— Кто получит работу. Проигравший платит за ужин.
Он не мог купить ей даже «Кит Кат».
— Давай лучше победитель покупает ужин?
— Заметано.
Автобус остановился двадцать минут спустя. Ночь выдалась обжигающе холодной, и никто не стал задерживаться для «поболтать». Материализовавшись у отцовского коттеджа, Акс внезапно осознал, что никогда не называл это место «родительским»… хотя, с другой стороны, этот дом совсем не ассоциировался с родителями. Коттедж был построен для его матери, и не справился со своей задачей — не смог удержать ее в семье.
Зайдя внутрь, Акс порадовался отсутствию электричества и лампочек. Было невыносимо видеть кухню, ненавистно смотреть на украшенное помещение, и Акс быстро пересек узкое пространство. Ступеньки на второй этаж были узкими и крутыми, и он взбежал по лестнице, перешагивая через одну, направляясь к единственной открытой двери.
Дверь в комнату отца он держал запертой.
Его комната представляла собой матрас на полу, одежду в стопках и, собственно, все. Черт, он даже не ночевал здесь, потому что камин располагался внизу, и Акс предпочитал засыпать возле тепла. Весной и летом он переедет на второй этаж… а может, не станет. Вообще все равно.
Акс просмотрел свой «гардероб» из маек, черных джинсов, кожаной куртки, плаща, особо не надеясь, что водолазка волшебным образом появится по велению Крестной-Приведем-Тебя-В-Божеский-Вид-Феи. Скорее он сделал это, набираясь смелости, чтобы залезть в отцовские вещи.
Десять минут спустя и, разумеется, без водолазки он прошел по коридору и открыл дверь. Света не было во всем доме, и тесное пространство представляло из себя сочетание теней и оттенков серого… казалось, его ненависть к себе высосала все краски.
Он даже не смог посмотреть на кровать, которая была расправлена с того последнего раза, когда отец спал на ней два года назад. И Акс определенно не стал смотреть на фотографии его долбанной мамочки, и нет, не обратил внимания на слой пыли, покрывавшей всю комнату или том факте, что одно из окон выскочило из рамы, пропуская внутрь осенние листья и даже снег.
В комнате было холоднее, дыхание вырывалось изо рта клубами пара.
Может, сюда являлся призрак отца.
Когда мурашки пробежали по позвоночнику, Акс прошел к комоду и резкими движениями и трясущимися руками просмотрел шмотки. Он нашел искомое в нижнем ящике.
Было так странно — думать, что кофту носил его отец. И, закрыв ящик и выскочив из комнаты так, будто его преследовали, Акс поклялся, что больше никогда не зайдет сюда.