Терпение вознаграждается по достоинству.
Не прекращая ласкать ее, он стянул по этим невообразимо длинным ногам ее юбку, колготки и трусики разом.
А потом просто сел.
Под его жарким взглядом она снова закинула руки за голову, выгибаясь ему навстречу, потягиваясь, изгибаясь, огонь от камина накрывал ее сияющую кожу светом, словно тысячей рук. О, и наяву ее плоть была прекрасней, чем во сне: ее груди с напряженными сосками, плоский живот, обнаженное лоно, кремовые бедра — все подчистую смывало ту фантазию, что выплюнуло его подсознание день назад.
Скользя руками от ее ключиц к бедрам, лаская ее тело… Акс повторил свой путь губами… замирая напротив пупка.
Посмотрев вверх, мимо ее изумительных грудей, на ее лицо, он увидел ее приоткрытые губы, она, задыхаясь, смотрела на него, изумительные глаза были широко распахнуты, словно она никогда не испытывала ничего подобного.
В голове зазвучал голос Пэйтона: «Поэтому нет, ты поимеешь ее, а потом бросишь с разбитым сердцем».
Акс вытолкал из головы слова и голос, намереваясь ласкать Элизу своим языком до умопомрачения, показывая ей, насколько она прекрасна. А потом он…
Нет, ничего он не сделает. Он не доведет все до конца. Он не кончит в нее.
Он просто доставит ей удовольствие своим ртом и языком, а потом…
Черт.
Дерьмо.
Акс сел, хотя оторваться от нее было смерти подобно.
— Что такое? — прошептала она. А потом улыбнулась. — Я увижу тебя?
Когда Акс не ответил, она нахмурилась и села.
Боже, как покачнулись ее груди, налитые и возбужденные для него… им почти удалось отвлечь его и заставить вернуться к начатому.
Почти.
— Аксвелл?
Он потер лицо.
— Можешь сделать мне одолжение?
— Конечно.
— Можешь… э-э, не называть меня Аксвеллом.
— Хорошо.
— Так меня называла только мать. Ненавижу это имя.
— Понимаю, почему ты не хочешь вспоминать о своей мамэн в такой ситуации.
Улыбка исчезла с ее губ, когда он никак не ответил. И потом она свела полы блузки на груди.
— Кажется, я знаю, что тебя беспокоит, — сказала она резко.
— Разве?
Она уверенно и смело встретила его взгляд.
— Не волнуйся. Я не девственница.
Глава 24
М-да, вот как выглядит Ошарашенный Акс.
Качая головой, Элиза ждала, пока Акс облачит в слова свои мысли.
— Знаешь… на самом деле, становится легче, когда просто выговоришься перед кем-нибудь.
Он потер лицо, а потом перевел взгляд на огонь. В мерцающем свете татуировки на одной стороне его шеи казались подвижными. Акс выглядел… опасным. Сексуальным. И внезапно очень далеким, недосягаемым для нее.
— Думала, так тебе будет проще. — Элиза нахмурилась. — Да брось. В процессе ты бы все равно узнал об этом.
— Я не перестану уважать тебя, если это тебя беспокоит.
— Да? Тогда ты странно выражаешь свои эмоции.
Он решительно покачал головой.
— Нет, вовсе нет.
— Тогда в чем дело?
— Ты же хочешь правду.
— Да. — Она накинула одно из двух покрывал на ноги и скрестила руки на груди, укрытой под футболкой. — Что бы там ни было, я хочу это слышать.
Он пробормотал что-то себе под нос. Потом тихо заговорил:
— Я хочу знать, кем был тот мужчина… чтобы найти и убить его.
Элиза моргнула. Потом сложила два плюс два.
— О, Боже, все было иначе. Совсем. Я хотела этого…
— Черт, вот сейчас я действительно хочу убить ублюдка.
Элиза рассмеялась, и когда Акс посмотрел на нее, вскинула руки:
— Я кормилась от него. Разумеется, за нами всегда присматривали. Но однажды ночью… даже не знаю, почему… я решила, что хочу узнать, каково это. Весь… опыт.
Акс зарычал. Потом прокашлялся, обрывая рык.
— Прости.
Она улыбнулась.
— Все нормально. Я польщена. — Услышав это, он скрипнул зубами. — В общем, я нашла предлог и выскользнула из дома, направилась в его пентхаус в центре. Разумеется, он был из Глимеры, друг моего отца.
Но потом она нахмурилась.
— Он удивился, но не отказал мне. Я была очень молода, моя мама не так давно ушла в Забвение после неудачной беременности. В моем доме было столько… горя. Думаю, я просто хотела сбежать от боли. Мы занялись сексом. Я даже не могу назвать это любовью. Для меня это были просто телодвижения, я даже не наслаждалась процессом.
Элиза замолчала, чувствуя на себе его взгляд.
— Закончи историю, — хрипло попросил Акс. — Ведь это не все.