— М-м? — Мэри сделала глоток горячего шоколада, наслаждаясь изумительным вкусом напитка вопреки всем бедам последних дней. — Тебе что-то нужно?
— Что происходит?
Иииии, сейчас шоколад обрел вкус помоев.
— В смысле?
— Я знаю, что-то стряслось. Вы с папой ведете себя иначе. Я сделала что-то плохое? Вы не хотите удочерять меня?
Мэри выпрямилась так быстро, что едва не расплескала шоколад на диван.
— Боже, ни за что на свете. Ты с нами до самого конца.
Девочка посмотрела на дерево.
— Точно?
— На сто процентов. Битти, посмотри на меня, пожалуйста. — Девочка подняла свой прекрасный взгляд. — Никогда не сомневайся в нашей любви. Что бы ни случилось, наша любовь останется неизменной.
— Тогда что стряслось?
Мэри помедлила. Она не хотела лгать и, в то же время, не хотела рассказывать о мужчине в отсутствие Рейджа… и, что более важно, она по-прежнему не знала, что сказать о внезапно появившемся «дяде».
— Эм…
От топота быстрых шагов у Мэри встали волосы на затылке: в этом особняке, когда твой хеллрен находится на поле боя, страшишься любого громкого шума в твою сторону.
Когда в дверном проеме показался Джон Мэтью, она подскочила, увидев его мертвенно-бледное лицо.
— Насколько все плохо?
— Что происходит? — встревоженно спросила Битти. — Папа… что-то случилось с моим отцом?
Джон Мэтью начал показывать знаками, и Битти еще сильнее разнервничалась.
— В чем дело? Что случилось?!
— Так, ясно… — Мэри потянулась к девочке. — Он в порядке. Он ранен, но они уже везут его, и мне нужно спуститься к нему…
— Я с тобой…
— Милая, не думаю, что это хорошая мысль.
Битти скрестила руки на груди.
— Я тоже член этой семьи, разве нет?
Мэри проглотила внезапно образовавшийся ком в горле.
— Тебе может не понравиться это.
— Он бы со мной в больнице Хэйверса. Я тоже буду рядом.
Джон Мэтью тихо просвистел, и потом, когда Мэри перевела взгляд, показал знаками. Она кивнула, принимая решение.
— Хорошо, ты пойдешь со мной. Но решать будут медики. Они могут пустить в палату только одного человека за раз… а могут вообще никого не пустить.
— Я сделаю все, что скажут Док Джейн и доктор Манелло.
Мэри протянула руку, и Битти снова подошла к ней, прерывисто обнимая. Потом вместе они просвистели, призывая Джона Мэтью последовать за ними в фойе и вниз, в подземный туннель, ведущий в учебный центр.
Они спешили вперед, проходя под вереницей флуоресцентных ламп на потолке, не разрывая объятий и подобрав один темп, Мэри шла медленней, а Битти — быстрее.
— Мамочка, не плачь, — тихо попросила девочка.
— Я не осознавала, что плачу, — прошептала Мэри, вытирая щеки. — Я просто рада, что ты со мной.
Глава 31
— Я здесь не останусь.
Акс попытался сесть, но хор имени Хера-ли-ты-творишь от абсолютной каждой кости, сухожилия и дюйма кожи оказался слишком громким, чтобы он смог расслышать, без сомнений, логичное объяснение доктора Манелло, почему именно он должен расслабиться и получать удовольствие.
— Нет. — Акс потянулся к катетеру в своей руке. — Я пошел отсюда.
Доктор Манелло с силой сжал его запястье.
— Что, черт возьми, ты творишь?
— Вытащу все сам, раз ты отказываешься.
— Слушай, сынок, я всего час назад оперировал тебя в гребаном переулке.
— Я прекрасно себя чувствую.
— У тебя губы посинели.
— Мое тело, мне и решать.
Они продолжали спорить, а откровенный больничный декор палаты и койка все сильнее раздражали Акса. Как и больничная сорочка. Босые ноги. А также сама мысль, что он застрянет здесь на целый день.
В общем, его бесило решительно все.
— Да ладно? — По крайней мере, хирург отпустил его запястье. — Таков твой аргумент? «Твое тело, тебе и решать»?
Это что, его слова? Черт, он не помнил.
Да плевать.
— Он показался мне резонным. — Акс покачал головой. — Да ладно, я же кормился там от Избранной. Все исцелится за шесть часов. И внутри, и снаружи. Костей сломанных нет, ты сам сказал, что сотрясения тоже нет, и я спас жизнь члену Братства Черного Кинжала.
— И ты думаешь, что это дает тебе полномочия покинуть палату ВРВ?
— Что такое ВРВ…
— Вопреки. Рекомендации. Врачей. Придурок.
— Ну, это уже ВРВП получается…
— Провоцируешь. Я горю желанием треснуть по твоему бедру.
— Какая лирика. И разве вы, человеческие доктора, не даете клятву Гипотетика или что там еще?
— Гиппократа. И, гипотетически, тебе стоит остаться здесь на следующие три часа, в случае появления осложнений может потребоваться повторная операция. Но нет, ты будешь сидеть дома, засунув палец в задницу и истекая кровью.