****
Демьян
Я ворвался в дом. Дверь грохнулась за мной, перекрывая путь назад. Старый пол скрипел под ногами, запах сырости и плесени ударил в нос.
— Алекс, — сказал я коротко, — по периметру. Никого. Каждая комната.
Люди расставились. Движение было слаженным, отточенным, без лишнего шума.
Я шагнул в коридор. Тьма скрывала детали, но я видел всё — тень, стекло, каждый звук. И ещё один звук — слабое, прерывистое дыхание.
Комната впереди. Дверь приоткрыта.
— Алекс, вперёд. Осторожно.
Я вошёл. И увидел её.
Аверьяна лежала на полу, тело почти неподвижное. Лицо было бледное, глаза полузакрыты. Рука не слушалась. На животе свежая кровь. Линия красного, тонкая, но яркая — след от ножа.
Сердце ударило сильнее.
Я подошёл ближе, склонился, пальцы проверили пульс. Живой, но под наркотиком — мышцы слабые, сознание затуманенное.
— Маленький огонёк… — выдохнул я тихо, но это было шипением внутри меня.
Рядом не было Леонтия. Он сбежал. Но это не уменьшало ярость. Он тронул её. Он оставил отметку. Он пересёк границу, которую переступать нельзя.
— Алекс! — крикнул я ровно. — Держать периметр! Никто не выходит!
— Проверяем все входы! — добавил другой, уже на позиции.
Я склонился над Аверьяной. Голос был ровным, контролируемым, но ледяным:
— Ты в безопасности. Я здесь. Сейчас. Всё под контролем.
Алекс подошёл с аптечкой. Я жёстко удержал его взглядом:
— Не трогай её без моего приказа. Я сам.
— Есть, босс.
Я провёл рукой по её волосам, проверяя дыхание. Сердце колотилось, тело под наркотиком не слушалось, но она дышала. Жизнь внутри неё была сильнее всего, что пытался сделать Леонтий.
— Маленький огонёк, — сказал я снова, тихо. — Ты в порядке. Просто дыши.
Я взглянул вокруг: старый дом, пустые комнаты, запах крови, следы Леонтия.
Я посмотрел на пустой проём двери, куда убежал Леонтий.
— Он больше не играет, — сказал я тихо, но каждое слово было приговором. — Никто не тронет её снова.
А внутри, под ледяной маской, жгло ощущение ярости.
Не сломать. Не простить.
Я действовал хладнокровно, но каждый мускул тела кричал, что этот счёт ещё не закрыт.
— Вперёд, — сказал я, двигаясь к двери.
Она была в безопасности. Пока я рядом.
****
Аверьяна
Я открыла глаза медленно. Мгновение — и мир всё ещё кружился, как будто я плыла в мутной воде.
Свет пробивался через стекло машины, тусклый и мягкий.
Где я?
Паника попыталась поднять голову, но тело… тело всё ещё не слушалось.
И тогда я почувствовала его.
Тепло. Тело рядом, сильное, твёрдое. Руки обвивали меня так, будто могли раздавить, но вместо этого давали опору.
Слышался ровный, спокойный ритм его дыхания — и он казался якорем в этом хаосе.
— Маленький огонёк, — услышала я тихий, почти шёпот. Он касался уха, слегка приглушённый мотором машины, — я здесь. Всё хорошо.
Голос был ледяной и мягкий одновременно. Я закрыла глаза, позволив ему вести меня через боль и слабость.
Руки пытались сдвинуться, чтобы хоть чуть-чуть пошевелиться. Ничего. Тело не слушалось. Наркотик держал в плену каждую мышцу.
— Не двигайся, — сказал он, будто читая мои мысли, — просто дыши.
Я попыталась вдохнуть глубже. Сначала боль в животе от свежей раны, потом слабость в ногах. Но его руки держали, поддерживали, создавали ощущение невозможного: безопасности.
Я посмотрела на него боковым взглядом. Его лицо было напряжённым, но глаза — мягкие. Сильные. Полные контроля.
— Я пыталась, — выдохнула я, чуть слышно. — Я… не смогла.
Он сжал меня чуть крепче, как будто это был ответ на всё.
— Ты жива. Это главное, — сказал он, и я почувствовала, как его руки расслабляются, но всё равно не отпускают. — Всё остальное можно исправить.
Я позволила себе заплакать тихо, ощутив одновременно облегчение и страх, смешанный с яростью.
Слёзы текли сами, а он не сделал ни одного лишнего движения. Только держал.
— Я больше никогда не позволю этому случиться, — добавил он, и голос звучал так, что я почувствовала: это не обещание — это закон.
Я зарылась лицом в его грудь, чувствуя, как сердце бьётся рядом с моим.
И впервые за всё это время внутри меня зажёгся маленький огонёк уверенности.
Тот самый, что никогда не погаснет.
— Я… боюсь, — прошептала я.
— Я знаю, — ответил он тихо. — И это нормально. Но сейчас ты со мной. И пока я рядом — никто не тронет тебя.
Мотор машины гулко урчал, дорога мерцала в боковых окнах, а я лежала в его объятиях, не в силах пошевелиться. Но впервые за долгие часы я чувствовала себя в безопасности