Я отодвинул пустую чашку кофе, всё ещё чувствуя на губах едва уловимый привкус её присутствия. Её решение ехать со мной не было вопросом — это был ультиматум. И я знал, что дело не только в делах или поисках. Эмма. Вчерашняя выходка этой девчонки на мероприятии, её липкие взгляды и то, как она нагло касалась моего плеча, не прошли бесследно. Аверьяна не из тех, кто прощает посягательства на свою территорию. И вчера она это показала.
— Хорошо, — коротко бросил я, поднимаясь из-за стола. — Собирайся. Выезжаем через двадцать минут.
Мы разошлись по комнатам. В спальне царила тишина, нарушаемая только шорохом ткани. Я выбрал классику, которая всегда служила мне своего рода доспехами: черный костюм-тройку. Накрахмаленная белая рубашка, тугой узел галстука, жилет, плотно облегающий корпус. Каждый слой одежды добавлял мне привычной жесткости. В зеркале отразился человек, готовый решать проблемы, какими бы грязными они ни были. Я поправил запонки и вышел в холл.
Аверьяна уже ждала меня.
Я невольно замедлил шаг, окинув её взглядом. Она выглядела… чертовски эффектно. Этот её стиль — сочетание несочетаемого, которое на ней смотрелось как вызов всему миру. Широкие темно-серые плечи оверсайз-пиджака делали её фигуру визуально еще более хрупкой, но белый корсет под ним не оставлял сомнений в её женственности. Темные прямые джинсы, распущенные волосы, мягкими волнами спадающие на плечи, и этот едва заметный макияж, подчеркивающий решительность в глазах.
Но мой взгляд задержался на её ногах. Белые босоножки на тонкой шпильке.
— Решила пойти по стопам Эммы и поиграть в эффектное появление? — я подошел ближе, чувствуя тонкий аромат её парфюма. — Ты же понимаешь, что в том особняке может быть не до светских бесед.
Я опустил взгляд на её шпильки, затем снова посмотрел ей в лицо. Внутри шевельнулось странное чувство — смесь гордости за её смелость и глухого раздражения от того, что ей приходится в это ввязываться из-за чьей-то глупости.
— Выглядишь потрясающе, — добавил я уже тише, сокращая расстояние между нами. — Но если Эмма решит снова «делать глазки», лучше стой за моей спиной. Не хочу, чтобы ты марала руки об эту дрянь. Хотя, судя по твоему виду, ты настроена на обратное.
Я протянул ей руку, готовый вести её в этот гадюшник, который мы называли «деловой встречей».
— Идем. Машина подана,- сказал я.
Глава 17.
****
Аверьяна
Дорога до особняка заняла около получаса, и всё это время я смотрела в окно, стараясь унять внутреннюю дрожь. Это была не дрожь страха — это был чистый, концентрированный гнев, который я тщательно упаковывала под маской холодного безразличия. Мой наряд — этот тяжелый пиджак поверх корсета и тонкие шпильки — был моими доспехами сегодня.
Когда машина остановилась у массивных ворот, я глубоко вдохнула. Особняк Мигеля выглядел помпезно, даже слишком. Сам хозяин уже ждал нас у входа. Мигель, вчерашний виновник торжества, расплылся в вежливой улыбке, но я видела в его глазах расчетливый блеск.
— Демьян, Мисс Розетти, рад вас видеть, — произнес он, жестом приглашая нас войти. — Все уже собрались в гостиной.
Мы вошли в просторный зал, пропитанный запахом дорогого табака и парфюма. Здесь уже находились люди рабоавшие на Демьяна — серьезные мужчины в темных костюмах, которые при нашем появлении едва заметно кивнули. Но мое внимание мгновенно переключилось на диванную зону.
Там, среди нескольких женщин, сидела она. Эмма.
Эта «силиконовая сучка» выглядела так, будто вчерашнего вечера и её жалких попыток соблазнить моего мужчину вовсе не было. Она сидела, закинув ногу на ногу, и, едва мы вошли, её взгляд впился в Демьяна. В ту же секунду я почувствовала, как внутри меня что-то оборвалось. Кровь ударила в голову, а пальцы сами собой мертвой хваткой вцепились в локоть Демьяна. Я сжала его руку так сильно, что, кажется, мои ногти должны были проткнуть плотную ткань его черного пиджака.
Я не сводила с неё глаз, и, клянусь, если бы взгляды могли убивать, от Эммы осталось бы только мокрое место. Она слегка повела плечом и поправила волосы, не прекращая своей игры «в глазки».
Демьян мгновенно почувствовал моё состояние. Он не отстранился, не попытался высвободить руку. Напротив, он накрыл мою ладонь своей, слегка сжав её в ответ, а затем склонился к самому моему уху. Его горячее дыхание обожгло кожу, заставляя на мгновение забыть о ярости.
— Спокойно, — прошептал он так быстро и тихо, что услышать могла только я. Голос его был стальным, но в нем чувствовалась скрытая усмешка. — Не трать на неё свои нервы. Она здесь не для того, чтобы я на неё смотрел, а для того, чтобы ты видела, как я её уничтожу, если она еще раз к нам приблизится. Улыбайся, Аверьяна. Ты здесь королева, а она — просто декорация.
Я заставила себя расслабить пальцы, хотя внутри всё ещё клокотало пламя. Демьян выпрямился и, не глядя на Эмму, уверенно повел меня в центр комнаты, прямо к бизнесменам, давая понять всем присутствующим: мы здесь вместе, и правила игры устанавливаем мы.