Разговоры о поставках, процентах и логистике тянулись бесконечно. Я сидела рядом с Демьяном, сохраняя на лице маску вежливого спокойствия, но внутри всё кипело. Взгляд Эммы, который она то и дело бросала на моего мужчину, действовал на нервы похлеще скрипа железа по стеклу.
— Извините, я отойду на минуту, — тихо произнесла я, коснувшись плеча Демьяна. Он на секунду прервал разговор, проследив за мной взглядом, и коротко кивнул.
Я вышла в коридор и направилась к дамской комнате. Тяжелые двери мягко закрылись, отсекая шум голосов. Я подошла к зеркалу, чтобы поправить и без того идеальный макияж, как вдруг из глубины уборной, из-за декоративной перегородки, донеслись голоса.
— …ты видела её? — раздался приторный смешок. — Этот оверсайз пиджак… Она выглядит так, будто стащила его у Демьяна. Совершенно ему не подходит. Демьяну нужна женщина с шиком, такая как Эмма.
— Согласна, — отозвалась другая. — Эта новенькая — просто временное увлечение. Демьян скоро наиграется и вернет всё на свои места.
Я почувствовала, как по венам потек ледяной яд.
Я вышла из кабинки, и две сплетницы тут же замолкли, их лица вытянулись от ужаса. Они проскользнули мимо меня, едва не спотыкаясь, и растворились в коридоре. Я посмотрела на свое отражение, чувствуя, как внутри закипает холодная ярость. Но не успела я потянуться к крану, как дверь снова открылась.
Эмма. Она стояла, прислонившись к косяку, с той самой самодовольной ухмылкой, которую мне хотелось стереть с её лица еще вчера.
— Слышала, что говорят? — она лениво зашла внутрь, цокая каблуками. — Они правы. Ты здесь — временное недоразумение. Ты хоть знаешь, какой Демьян в постели? Как он шепчет мое имя, когда теряет контроль? — она подошла ближе, обдав меня запахом своих приторных духов. — Он скоро наиграется с твоей «недоступностью» и выкинет тебя. А я просто вернусь на свое законное место. Ты для него — никто, пыль на ботинках.
В голове что-то оглушительно лопнуло. Я не стала тратить слова. Моя ладонь с размаху встретилась с её щекой — звук пощечины был резким, как выстрел. Эмма отшатнулась, вскрикнув, но я не дала ей опомниться. Я вцепилась пальцами в её идеально уложенные волосы, наматывая их на кулак и дергая её голову вниз.
— Я предупреждала тебя, дрянь, — прошипела я ей в лицо, игнорируя её попытки вырваться. — Еще одно слово о моем мужчине, и ты забудешь, как открывать рот.
Я оттолкнула её и развернулась, чтобы уйти. Адреналин бил в виски, я хотела просто выйти на свежий воздух. Но Эмма, взбешенная унижением, не собиралась сдаваться. Она с диким криком кинулась мне в спину и с силой толкнула.
Мир на мгновение перевернулся. Я не успела сгруппироваться и на полной скорости влетела головой в выступ стены. Раздался глухой удар. Перед глазами вспыхнули искры, а по лбу тут же потекло что-то теплое. Вспышка боли была такой сильной, что меня на секунду парализовало. Я коснулась пальцами виска — кровь. Яркая, красная кровь на моих руках.
Это стало последней каплей. Боль превратилась в чистое безумие.
Я развернулась к ней, не обращая внимания на пульсацию в черепе. Эмма стояла, тяжело дыша, явно испуганная тем, что сделала, но я уже была не в себе. Я набросилась на неё, как кошка, снова хватая за волосы. Она попыталась закричать, но я с силой приложила её головой об огромное зеркало над раковинами.
Удар. По стеклу пошла трещина.