Глава 23.
****
Демьян
Всю дорогу она молчала.
Не демонстративно — хуже. Упрямо. Смотрела в окно, будто меня не существовало вовсе, будто я — просто шум двигателя. Я бросал фразы, короткие, нейтральные, потом чуть резче. Ответа — ноль. Только её дыхание и отражение огней на стекле.
Меня это бесило.
Я сильнее вдавил педаль. Машина послушно рванула вперёд, стрелка поползла вверх. Город размазывался в полосы света, асфальт под колёсами становился глухим, плотным. Я чувствовал, как напряжение в салоне сгущается — как перед грозой.
— Демьян, — наконец разрезает тишину её голос. — Сбавь скорость.
Я не ответил. Не потому что не слышал. Потому что ждал.
Ещё немного добавил газа.
— Ты с ума сошёл? — теперь в её голосе появилась злость. Настоящая. — Немедленно сбавь. Я не шучу.
Я усмехнулся, не отрывая взгляда от дороги.
— Надо же, — сказал спокойно, почти лениво. — Значит, ты всё-таки умеешь со мной разговаривать.
Она повернулась ко мне резко, я это почувствовал кожей.
— Это не игра, Демьян. Если ты сейчас не остановишься, я—
— Что? — перебил я, всё так же ровно. — Выпрыгнешь на ходу? Закричишь? Перестанешь меня игнорировать?
Я всё-таки сбросил скорость, но медленно. Намеренно. Чтобы она это заметила. Чтобы поняла — я контролирую ситуацию. Всегда.
— Ты злишься, — продолжил я, уже тише. — Я вижу. Чувствую. Но молчать — не твой способ. И ты это знаешь.
Она сжала губы. Я видел, как напряглась её челюсть, как пальцы впились в ремень безопасности.
— Не смей так больше делать, — сказала она глухо. — Ни с машиной. Ни со мной.
Вот теперь я посмотрел на неё. Быстро, но достаточно, чтобы уловить главное: она не боялась. Она была зла. И это… заводило куда сильнее.
— Тогда не исчезай, — ответил я. — Говори. Кричи. Угрожай. Но не делай вид, что меня нет.
Машина шла ровно, спокойно. Город снова стал чётким. А между нами — тишина, но уже другая. Натянутая. Живая. Та, в которой рано или поздно кто-то обязательно сорвётся первым.
И я почти был уверен — это будет не она.
Два часа в машине пролетели как одно мгновение, заполненные тишиной и напряжением. Мои руки сжимали руль, а мысли были далеко – то на Сандре, то на Аверьяне, которая сидела рядом, но чувствовала себя так, будто между нами – целая пропасть. Я хотел добраться до океана, до этого коттеджа, чтобы там, вдали от всего, мы могли наконец выдохнуть.
Я ещё не успел заглушить двигатель, а она уже распахнула дверь и вышла, хлопнув ею так, что звук резанул по нервам. У меня внутри всё закипело. Это было так, будто она хотела сбежать, отдалиться, оставить меня одного с этим грузом.
— Аверьяна! — мой голос прозвучал глухо, как раскат грома, но не из-за злости, а из-за внезапного, острого страха потери.
Я выскочил из машины, не дав себе даже секунды на раздумье. Схватил её за локоть, развернул к себе. Её глаза, широко распахнутые, смотрели на меня с испугом, но и с каким-то странным вызовом.
— Отпусти, — сквозь зубы.
— Куда ты собралась? — мой голос был на грани срыва. — Думала, я тебя отпущу так просто? После всего, что произошло?
Не дожидаясь ответа, я подхватил её. Её тело оказалось легче, чем я думал, но при этом удивительно сильным в своем сопротивлении. Она начала вырываться, кричать мое имя, но я был глух к её словам. Я видел только её испуганное лицо, её растрепанные волосы, её платье, которое развевалось на ветру, и меня несло вперёд – к дому, к спасению, к ней.
Я нёс её, чувствуя, как бьется её сердце под моей рукой. Внутри меня бушевала буря – злость на Сандру, облегчение от того, что Аверьяна в безопасности, и желание защитить её от всего мира. Я ворвался в коттедж, игнорируя шум прибоя, игнорируя всё, кроме её сопротивления.
В комнате было прохладно и пахло морем. Я буквально закинул её на кровать, а сам тут же оказался рядом. Её сопротивление начало стихать, сменяясь растерянностью и, кажется, усталостью. Она лежала на простынях, тяжело дыша, а я смотрел на неё, чувствуя, как всё моё существо жаждет растворить в ней гнев, страх, всё, что нас разделяло.
Я склонился над ней. Её губы были приоткрыты, на лице – смесь испуга и чего-то ещё, чего я не мог понять. Я прикоснулся к её щеке, затем к губам, и мои пальцы ощутили их мягкость.
****