Мы выходим к машине. Рев мотора разрезает ночную тишину, и мы срываемся с места. «PULSE» встречает нас неоновым маревом и тяжелыми басами, которые чувствуются кожей. Охрана расступается перед Демьяном, как перед богом, но их взгляды неизбежно цепляются за меня. Я иду рядом с ним, чеканя шаг на высоких шпильках, и в каждом моем движении — абсолютная, непоколебимая уверенность.
Внутри клуба царит атмосфера дорогого порока. Мы поднимаемся в VIP-ложу, скрытую от общих глаз темным стеклом. Там, в тени, я вижу его. Сантьяго.
Он выглядит именно так, как я себе представляла хозяина Вегаса — опасный, лощеный, с ленивой грацией крокодила, затаившегося в мутной воде. Когда мы подходим, он медленно встает, и его оценивающий взгляд проходится по мне, словно скальпель. Другая бы на моем месте опустила глаза или поежилась под этим весом, но я лишь слегка улыбаюсь, не отводя взора.
— Демьян, — голос Сантьяго звучит как шелест песка в пустыне. — Ты говорил, что нашел редкое сокровище. Но ты не предупредил, что у этого сокровища есть зубы.
Он делает шаг ко мне, пытаясь подавить своим присутствием, своей темной аурой. Это старый трюк мафиози — проверить на прочность.
— Сантьяго, — я произношу его имя четко, без тени дрожи, прерывая его на полуслове. — Я слышала, в Вегасе любят играть по-крупному. Надеюсь, ты привез с собой что-то интересное, кроме этих дешевых попыток меня запугать. У меня на страх аллергия.
Сантьяго замирает. В ложе на секунду воцаряется мертвая тишина. Я чувствую, как Демьян рядом со мной едва заметно напрягается, готовый к любой реакции друга.
А затем Сантьяго взрывается хриплым, искренним смехом.
— Дьявол, Демьян! Где ты её нашел? Она не просто не боится, она сама ищет повод для драки.
Он протягивает мне руку — не для того, чтобы поцеловать, а как равному партнеру.
— Добро пожаловать в нашу преисподнюю, Аверьяна. Кажется, этот вечер перестает быть скучным.
Я пожимаю его руку, чувствуя его силу, и отвечаю таким же крепким рукопожатием.
— Скучно не будет, Сантьяго. Я этого не допущу.
Я сажусь в кожаное кресло, закидываю ногу на ногу и беру бокал с виски, который мне подает официант. Я чувствую на себе взгляд Демьяна — в нем гордость, смешанная с неистовым желанием. Он понял: я больше не боюсь его мира. Теперь я — его часть. И, возможно, самая опасная его часть.