Оркам показалось, что они снова оказались в сокровищнице Тиргас Лана, с той лишь разницей, что эта казалась еще больше: трепещущий свет факела не освещал стены, заставляя казаться золотое и серебряное моря и горы бесконечными.
И тут проснулась жадность орков!
Настолько сильная, что Раммару даже не пришло в голову задаться вопросом, каким образом он смог увидеть все это через замочную скважину, хотя в комнате не было освещения, почему сокровищницу никто не охраняет и как вообще возможно, чтобы комната таких размеров находилась на одном из верхних этажей башни. Все это были вопросы, совершенно не пришедшие в головы братьям-оркам. Им важно было только то, что они видели, — а это было более чем здорово.
— Готов, Бальбок? — с жадной ухмылкой спросил брата Раммар.
— Корр, Раммар.
— Тогда — вперед!
Оба они одновременно переступили порог, собираясь окунуться в неизмеримое богатство. О предупреждении Аланны никто даже не подумал — и они поплатились за это!
Потому что как только Раммар и Бальбок переступили порог, в них ударила молния.
Откуда появился сверкающий разряд, было непонятно, но он попал в орков и окутал их, давая на миг чувство, что они одновременно цепенеют и двигаются с неимоверной скоростью.
Леса, озера, реки, горы — все это пролетало под ними, а молния держала орков, пока внезапно снова не погасла!
Стеная, испытывая головокружение, орки опустились на землю. Обоим потребовался миг, чтобы снова прийти в себя и собраться с мыслями.
Что, во имя пламени Курула, произошло?
Бальбок огляделся по сторонам и лицо у него вытянулось: он обнаружил, что золото и драгоценные камни исчезли. Двери, через порог которой они только что переступили, тоже не было. Вместо этого братья оказались в пещере с плесенью на стенах и гнилыми клочьями мха, свисавшего с потолка. В этом было что-то родное.
Неужели они в Гнилых землях?
Неужели все это им только приснилось?
Может быть, путешествие в Каль Анар и все сражения были всего лишь последствием слишком большого количества кровавого пива и бру-милла?
В некотором отчаянии Бальбок огляделся в поисках подсказки, при помощи которой можно было бы развенчать эти жуткие подозрения, — и обнаружил ее в виде пары злобных глаз, таращившихся на орков из полутьмы.
— Раммар? — негромко спросил он, дергая брата за рукав.
— Ну, я, что такое?
— Не знаю, где это мы очутились, — тихо ответил Бальбок, — но боюсь, мы не в Гнилых землях.
Приложение А Язык орков
Язык орков устроен настолько просто, насколько это вообще возможно: его грамматические принципы безо всяких усилий может изучить любой желающий. Трудности представляет исключительно произношение. Поэтому людей, когда они переодеваются орками, чтобы их не узнали, как правило, без труда распознают среди орков по акценту, и тогда им приходится расхлебывать все драматические последствия этого, иногда даже ценой жизни.
Воинственной культуре орков чужда письменность, а стало быть, среди этого народа нет писарей. У них нет ни исторических документов, ни литературных произведений. Даже немногочисленные орки-ученые никогда не фиксировали свои открытия на письме. Поэтому происходящий изначально из эльфийского языка орочий передается только устно и, таким образом, с течением столетий он значительно упростился. В орочьем нет ни склонения, ни спряжения, а различные падежи и времена передаются исключительно при помощи контекста или посредством орочьей особенности тоугасга (см. ниже). Единственное исключение составляет родительный падеж, выраженный путем подстановки к слову приставки ур'-. К словам часто добавляются части, существенно изменяющие их значения, так, например, суффикс 'хай, выражающий множественное число (умбал — идиот; умбал 'хай — идиоты).
Поскольку орки очень ценят точное обозначение принадлежащего им имущества, подобная принадлежность выражается путем добавления слогов, к примеру — 'мо означает «мой», 'нур — «твой». Различия между прилагательным и наречием, обычно существующее в более развитом человеческом языке, язык орков в принципе не знает (к вящей радости молодых орочат).
Для построения предложения соответствующие слова просто подставляются одно к другому, причем используется, как правило, следующий порядок слов: подлежащее — сказуемое — дополнение, но придерживаться его необязательно; здесь существуют различия даже в зависимости от племени. Глаголы, за редким исключением, образуются путем объединения существительного с окончанием 'док (делать, творить), например коум'док, что переводится как «обезглавить кого-либо». Значение образованных таким путем глаголов иногда легко истолковать, как, например, в слове горе'док (смеяться), но в других случаях требуется некоторая интерпретация, как, например, в слове лус'док, что дословно переводится как «вести себя подобно овощу», что по причине общего отвращения орков к вегетарианской пище нужно понимать как «быть трусливым».