Прохожусь вдоль витрины. Тортики, пироженки, конфеты, кексы. На вид вкусно.
— Выбрала что? — Алекс останавливается позади. Настолько позади, что делаю шаг в сторону, выталкивая свое тело из его ауры.
— Угу, — киваю и подхожу к кассе. — Бутылочку воды. Без газа.
— Ты же сказала, тебе можно есть в такое время сладкое! Оно здесь безвредное. Ну, так написано, — впервые за последнее время чувствую некие яростные нотки в голосе гонщика. Ему не нравится.
Но поделать с этим ничего не могу. И не буду.
— Можно. Но я не говорила, что хочу, — и приветливо улыбаюсь пухленькой латиноамериканке.
— Ясно, — Алекс, сжав руку в кулак, делает беззвучный стук по витрине, — мне эспрессо.
Достаю кошелек из спортивной сумки, которую едва не забыла взять, и протягиваю карту. Эдер силой двигает меня в сторону, и готова была вскрикнуть «эй»! Наглый гонщик!
— Я достаточно зарабатываю, Марта.
— Да я в курсе, — бросаю обиженно, — но мы не на свидании, чтобы я позволила тебе платить за меня.
Я все-таки сказала это слово, и стало холодно внутри.
— И два финиковых кекса, — будто не слышал, что сорвалось с моих губ. Эдер достает свою карточку и мигом прикладывает ее к терминалу. Остается только высокомерно фыркнуть.
За столик садимся взвинченные. Он — моим желанием оплатить, я — что не позволил это сделать. Еще и кексы непонятные взял. Вынуждена съесть свой, чтобы не обидеть Эдера.
— Такая ты… — ругается и откусывает половину кекса. Крошки падают, и он резким движением их смахивает.
— Какая?
— Америка не идет тебе на пользу.
— Всегда и за все я плачу сама. Это первое правило безопасности, — приоткрываю крошечную дверцу в мою жизнь. Вновь в голове режется вопрос «зачем?».
— Понял. Если ты, конечно, не на свидании, — говорит с улыбкой, но тон полон горечи и язвительности.
Э, как задела Алекса ситуация. В другой жизни я бы смахнула все на ревность, но это самая обычная задетая мужская гордость. Его женщине везет, что австрийское воспитание сделало из Алекса редкого мужчину, готового заплатить за женщину в таких мелочах.
— Как кекс? — спрашиваю.
— Scheise (от нем.: хрень, дерьмо).
Смеюсь. Мне смешно от всего: Алекса, его ругательства, самого кекса, который реально полная хрень, что на языке продолжает мучиться противная сладкая крошка.
— Согласна, — откручивая бутылкой с водой, говорю.
Эдер не комментирует, что я поняла его. Лишь бросает длинный, тяжелый взгляд.
— Так о чем ты хотел поговорить? — перехожу к делу. Вряд ли Алекс приглашал меня съесть дерьмовые кексы.
— Чтобы с тобой встретиться, нужен повод?
Едва не роняю бутылку, в попытке закрутить крышку. Как бы так вежливо ответить «да». Ему нужен чертов повод!
— Марта, я тебя не заставляю. Ты вправе сейчас послать меня далеко и надолго, но, мне кажется, такие вот прогулки неплохо нас расслабляют.
— Расслабляют? — от прямоты стою разинув рот, прерываясь на смешки.
— Разве нет? Ты… Смеешься. Ругаешься, споришь. Из нас выходят неплохие друзья.
Голова взрывается. Пульс шумит в висках, как тысячи волн в шторм.
— Ты сказал «друзья»?Ты в своем уме? — бью ладонями по коленям, и это вызывает очередную улыбку на лице Эдера.
— Ты рассказывала мне про варку сыра, Марта. Дай-ка подумаю, кто еще об этом знает? Кто из твоих друзей?
Никто. Даже с Таней мы не общались месяцев шесть, если не больше. Я трусливо слилась, потому что устала видеть и слышать сожаление по поводу нашего расставания с Алексом. Пропускаю тот момент, что подруга пыталась нас помирить.
Получается, кроме Кима я ни с кем особо и не общаюсь. Закрылась по всем фронтам.
Смотрю на Алекса сверху вниз, пока Эдер продолжает сидеть на металлическом стуле и иногда попивать уже остывший эспрессо.
— Мне нужен друг.
— Сафин и Марино не справляются?
Первый раз за два года, когда я произношу фамилии гонщиков и косвенно дотрагиваюсь до мира большой скорости, куда перекрыла себе пути.
— Они далеко отсюда. А ты здесь, в Майами. Определенно, это знак.
Снова он про свои знаки! Всматриваюсь в каждую черточку на лице Алекса в поиске ответов на свои вопросы. Не чувствую подвоха, лжи или лицемерия, но и открываться нараспашку не спешу.
Я — друг Алекса Эдера? И в страшном сне не приснится, хотя за все время нашего знакомства он показал себя хорошим человеком. Просто настоящей пары из нас не вышло. Там любовь должна быть взаимной.