Стою полумертвая, разыгрывая театральную улыбку.
— Финансист, верно? Я читал Ваши статьи в журнале.
— А Вы? — спрашивает, высоко взметнув брови.
— Чемпион мира «Формулы-1». Интересуетесь гонками?
Стеф то ли фыркает, то ли морщится.
— Безумства молодых вне сфер моих интересов.
Повисает пауза, вызывающая пустоту в животе. А я только что поужинала.
— Что ж, рад был повидаться. Нам пора, думаю? — Алекс переводит взгляд на девушку, с которой пришел. Рыжая улыбается большим ртом и тем самым напоминает мне Арлекина. Выглядит забавно и по-детски открыто.
Она еще большая противоположность Серены, чем я. Но об этом молчу, ведь Алекс уже не входит в сферу моих интересов.
— Твой старый знакомый? — Стеф спрашивает холодно, стоило нам сесть в машину.
Покрываюсь испариной от готовящихся слов.
— Алекс купил вчера танец со мной, — отворачиваюсь к окну.
С тех пор как гонщик вновь ворвался в мою жизнь, все слетает с петель: планы, расписание, внутренние установки, сама жизнь. За последние полгода я ни разу не вспоминала, кто такой этот Эдер! Ну разве что невзначай, и тут же забывала.
Хочется поскорее закрыть эту тему.
— Ясно.
— Ты… ревнуешь? Не сто…
Смех Стефа перебивает.
— Марта, он какой-то там гонщик! Сомневаюсь, что тебя стоит ревновать к нему. Вы разные.
Его рука опускается на мое колено и слегка его сжимает. Посмотрев на Эванса, улыбаюсь.
— Спасибо тебе, — говорю от всего сердца. — Спасибо, что появился в моей жизни.
Он расслабленно улыбается, мягко ведя машину по проспекту.
Глава 7. Марта
На часах семь утра, и я сегодня припозднилась. Проспала. Тяжелая работа накануне вымотала. Домой вернулась только в первом часу ночи.
Мой тренажер, с которого всегда начинаю свою программу, занят. Да и в зале плотно, следовательно — душно.
Алекс занимается в углу с личным тренером. Довольно подтянутой девушкой без возраста. С нашей последней встречи в ресторане мы пересекались с гонщиком только здесь, в спортивном зале, набитом потными незнакомцами.
Пересекались — самое верное слово, потому что Алекс дважды из пяти раз в знак приветствия лишь поднимал руку, оставшиеся три меня и вовсе не замечал. Нас разделяли две беговые дорожки.
Он слушал музыку в наушниках, потел на тренажерах, и в его поведении не было ничего подозрительного.
Сама я тоже не подходила.
Еще неделю назад мне показалось, что три встречи подряд являются его злой шуткой, а не совпадением. Чертовски ошибалась. Судьба та еще злодейка.
Мы в прошлом, и сейчас это наглядно.
— Ресторан, кстати, отвратный, — глухо летит в спину, когда мы случайно сталкиваемся в дверях клуба.
Мне становится обидно, потому что этот ресторан мне нравится. Да, расположение у него не совсем удобное, но это только потому, что живу я в другом конце города.
Вращаю ключи от машины за колечко и наблюдаю за Эдером.
Его волосы влажные после душа, но он все равно заправил их назад, собрав в резинку. Какая это по счету наша встреча, а я не могу привыкнуть, что у него такая прическа. Да и в принципе, что довольно часто вижу гонщика.
— В следующий раз принесу тебе купон в нормальный ресторан! — кричит.
Он спешит. Его речь быстрая. Мне приходится чуть напрячь слух, чтобы ничего не упустить.
— Купон? — кричу в ответ. — Алекс Эдер пользуется купонами?
— А Марта Вавилова пьет смузи?
Мы встречаемся взглядами поверх его серебристой машины.
И опускаю голову к пластиковой бутылке в своей руке, где полезный напиток, один вид которого раньше вызывал тошноту. Ну а что? Микроэлементы и все такое.
Скрывая улыбку, отворачиваюсь, но не перестаю чувствовать на себе долгий взгляд Эдера. Спешил же? Так я не держу, вроде бы.
Звук заведенного мотора заставляет вскинуть взгляд. Алекс сел в машину и мгновенно стартанул. Еще пару секунд смотрю ему вслед и иду к своей припаркованной малышке.
Вот так любишь, любишь, а потом раз — и общаешься о купонах и смузи, разбежавшись потом по своим жизням.
До фотостудии, где мы снимаем рекламную кампанию, я еду через район, где жила с Алексом. Некстати вспоминаю ту квартиру, и в сердце поселяется необъяснимая грусть.
Уверена, Эдер живет там же. Он не из тех, кто меняет свою жизнь и устоявшиеся привычки. А та квартира ему нравилась. Алекс считал ее домом наравне с фамильным замком Эдеров в Австрии.