Издав душераздирающий крик, толком не осознавая, что творю, я, уподобившись грозовому разряду, рванул в его сторону и судорожно вцепился в непонятную поклажу, выхватив её из рук Гордона. Почувствовав тяжесть безжизненного человеческого тела, неуловимым движением откинул в сторону ткань, что затвердела от высохшей крови. Смотрел прямо перед собой и не верил тому, что видят мои глаза. Я обомлел, вглядываясь в жуткую картину, на время утратив дар речи.
На вытянутых руках я держал её — свою хрупкую Камелию. Только вот щёки девушки больше не алели пунцовым румянцем, а чувственные губы не были изогнуты в сладостной усмешке. Напротив. Моя избранница была мертвенно-бледна, и яркий огонь жизни не теплился в её распахнутых глазах цвета потускневшего изумруда. На виске Камелии Роуз зияла багряная рана, от которой тянулись ручейки спёкшейся крови.
Я не сдержался… Жгучие слёзы больно кусанули веки, вмиг налившиеся свинцовой тяжестью…
«Камелия, — прошептал я едва слышно, словно боялся разбудить её от вечного сна. — Пожалуйста, вернись ко мне… Прошу… Я не смогу жить без тебя… Только не теперь…»
Её холодное тело было окаменелым, словно в моих руках находилась скульптура, высеченная из мрамора, однако я всё ещё продолжал питать пустые надежды, что это лишь дурной сон. Вот-вот она улыбнётся мне, окатив лавиной ярчайшей зелени... Глупец!
Мы так и не успели связать наши жизни священными узами брака. Нашему ребёнку не суждено огласить своим криком мир Алесан...
Когда-то я обещал Камелии вечную жизнь, говорил о том, что разделю бессмертие на двоих. Не успел! Теперь мне осталось одно — стать вечным хранителем хладной могилы, в которой моя любимая и нерождённое дитя обретут своё последнее пристанище.
Крик, вырвавшийся наружу, источал боль, которую не унять вовек. Мучительный спазм раздирал мою душу на части, заставляя биться в агонии. Я желал, чтобы она стала смертельной. Только это было, увы, невозможно.
Даже птицы в небе замерли, словно прислушиваясь к моему отчаянию. Время вокруг остановилось, и я остался один в этом безмолвном мире, где всё, что я любил, исчезло.
С небес обрушился невиданный ливень, что пытался омыть дождевой водой раны, которым вовек не суждено затянуться. Сама природа оплакивала вместе со мной невосполнимую утрату.
Сквозь слёзы я вглядывался в её лицо, пытаясь впечатать в память, запомнить навсегда каждую черту, каждую родинку, что притаились на любимом лице. Вот только душу уже начала разъедать чудовищная пустота, поглощая всё хорошее, что ещё теплилось во мне.
«Камелия, — обнял её тело, сжимая до невозможности, — как же я мог позволить этому случиться? Почему не защитил тебя?»
Она не ответила… Мёртвые не умеют говорить на языке живых. Здесь и сейчас я был одинок в своей скорби, беспомощен в неизбывном горе, и это было самое страшное.
Так я и остался один...
Под струями проливного дождя, как безумец, я оплакивал потерянную любовь: девушку, чей век был так невероятно короток, и безвинного младенца, который покинул мир Алесан, не успев появиться на свет. Горе окончательно затуманило мой разум. Я должен был отомстить! И я был в своём праве.
Осторожно, словно боясь причинить новую боль, я опустил тело любимой на холодную землю, проведя дрожащей ладонью по лицу. Её веки сомкнулись, навсегда лишив меня изумрудной зелени глаз, в которых я тонул, как в бездонном океане.
Сам же, не раздумывая, отправился на поиски мерзавца Гордона, решившего затаиться от моего гнева в подвале собственного дома. Ветер завывал, предвещая беду... Дождь барабанил по крыше, отсчитывая шаги, что эхом отдавались в израненном сердце, наполненном ненавистью.
Добравшись до нужной двери, я с силой толкнул её, снося с петель. В лицо ударил затхлый воздух, в котором сквозило зловоние страха. Он боялся меня. Боялся той участи, что я ему уготовил, вынеся приговор.
Спустившись по скрипучей лестнице, я оказался в пропахшем сыростью подземелье, где Гордон Льют затаился, словно загнанная крыса в глубокой норе.
Молниеносным движением я выхватил из ножен меч, находящийся всегда при мне. Рукоять словно влитая легла в ладонь. Лезвие угрожающе сверкнуло, напоминая, какой смертоносной силой оно обладает.