- Быть того не может. Девчонка дома под присмотром Клементины, и пусть мы с матерью не одобряем твой выбор, однако ты уже довольно взрослый, чтобы самому решать подобные вопросы. Хочешь жениться на простолюдинке – отговаривать не стану. Прошу лишь об одном, не произноси в день торжества нерушимые клятвы, неведомо ни мне, ни тебе, как оно всё обернётся. Может статься, что твои чувства к девушке угаснут столь же быстро, как и вспыхнули.
- Этого не произойдёт, отец, - решил я открыть ему свою тайну. – Камелия беременна, а я никогда не откажусь от той, что станет матерью моего ребёнка, хоть и понимаю, что это отнюдь не ко времени.
- Выходит, меж вами всё более чем серьёзно, - неуверенно улыбнулся глава нашей семьи. – Что же, в таком случае ты принял единственное верное решение – не бросать своего наследника на произвол судьбы. По всему видимо, суждено вам стать с девицей Роуз законными мужем и женой, раз небеса вознаградили вас первенцем. Ты ведь знаешь, Максимилиан, что среди наших брачных союзов дети теперь рождаются слишком редко. Это бесценный дар, ниспосланный высшими силами, от которого нельзя отказаться. Весть о ребёнке нужно принять с радостным благоговением и вознести хвалу нашей прародительнице.
- Я знаю, отец, потому и уверен в серьёзности своих намерений, хоть и беременность Камелии пришлась не ко времени.
- Эти обстоятельства всё меняют, - подытожил Калистрат, взяв пару минут на размышление. – Теперь я и сам ни за что не позволю тебе нарушить данное девушке слово, разрушив благословенный союз.
После важного и такого необходимого мне разговора мы с отцом отправились в ближайшую таверну, где наливали известную во всём мире Алесан ягодную настойку. Заказав сытный ужин, приготовленный на углях, мы предались размеренной беседе. Тревога медленно покидала мой разум, уступая место спокойствию и принятию неизбежного.
О, если бы в тот момент я знал, что происходит с моей бедной избранницей! Я бы, конечно, мчался к ней во весь опор, обгоняя ветер, чтобы спасти. Уберечь.
Только я не ведал о том, что сама судьба отвернулась от нас с Камелией. Потому и опоздал… Безнадёжно опоздал к ней на встречу!
***
С того злополучного часа, как мама выгнала Камелию из стен нашего поместья, минуло девять долгих дней. Уже после я узнал о том, что, отчаявшись, девчонка отправилась к дому семьи Льют, пытаясь найти для себя временное пристанище. Она предложила старому аптекарю свои услуги, и тот, на удивление, сразу же согласился, посчитав, что нашёл в лице сироты Роуз весьма недорогую прислужницу. Только вот его сын, Гордон, вновь решил навязать Камелии невзаимные чувства. Теперь он мнил себя королём ситуации, вёл себя напористо и весьма развязно.
- Я ведь предупреждал, что этим всё и закончится. Максимилиан Фад наиграется с тобой и выбросит, как надоевшую куклу.
- Это всё неправда, Гордон, - пыталась оправдаться Камелия. – Он просто ещё не в курсе произошедшего, но когда вернётся…
- И когда же, позволь спросить? Ведь минула почти декада!
- Он вернётся ко мне, обязательно вернётся. Наша любовь крепка несмотря ни на что.
- Любовь? – презрительно хмыкнул Льют. – Любовь могла быть между мной и тобой. Между двумя людьми. А быть преданной вампиру, отвергая того, кто мир готов бросить к твоим ногам, – это, уж прости меня, несусветная глупость.
- Выходит, Гордон, я глупа и наивна, но я люблю Максимилиана и верю в то, что, узнав о случившемся, он тотчас бросится искать меня, чтобы вернуть и поскорее сделать своей законной женой. Ведь завтра я наконец достигну брачного возраста, мне исполнится ровно двадцать один год. И это значит, что к замужеству больше нет препятствий.
- Замолчи! – озлившись, воскликнул Гордон и, размахнувшись, ударил Камелию по лицу.
- Да как ты смеешь! Когда вернётся Максимилиан…
- И что он мне сделает? – навис над хрупкой девушкой Гордон. – Отомстит? Причинит боль? Так я не против. Только вот… Где же он, твой яростный защитник и поборник чести? А нет его! Понимаешь, Камелия? Нет!
Льют расхохотался громко и надрывно, пугая оглядывающуюся в поисках помощи Роуз. Только вот поблизости не оказалось ни единой души. Может быть, это и стало причиной того, что случилось впоследствии. Ах, если бы старый аптекарь заглянул в тот момент и узрел обезумевшего от безнаказанности отпрыска. Он один мог образумить Гордона. Но… этого не случилось…
Схватив девчонку за плечи, парень ощутимо встряхнул её:
- Я предлагал тебе стать моей спутницей на жизненном пути, только ты отвергла столь щедрое предложение, выбрав вампира из семейства Фад, того, кому не ведомо чувство истинной любви. Впредь я буду умнее. Ведь сейчас мне уже нет необходимости в том, чтобы признаваться тебе в чувствах и умолять о снисхождении. Теперь ты никто и ничто, очередная служанка в отцовском доме, коих было не перечесть. И я могу взять тебя и сделать своей любовницей по щелчку пальцев!