— Сам явился, — хриплым шёпотом произнесла она.
Вышло очень тихо, а ветер был так силён, что мог обратить в ничто любые звуки.
Но эти оставил. Элья могла бы поклясться, что Грапар услышал её…
Впрочем, нет. Клясться она больше не будет никогда и ни в чём.
— Элья! — первым вышел из «оцепенения» Лэрге. — Я так счастлив, что вы живы, так счастлив видеть вас!..
Он обошёл замершего посреди моста Грапара, направляясь к девушке, однако Элья не замечала его. Её рука уже лезла в сумку за специально приготовленным ножом. По задумке, она должна была наставить нож на Грапара, но потом выронить его дрожащей рукой и признаться, что не в силах убить этого человека, хоть он и подонок. Однако сейчас Элья не собиралась поступать так, как задумано; она была намерена убить его по-настоящему.
Я принесу зеркало, в котором была заключена Макора…
Катись ты, Герек, по самой вонючей из дорог Чёрного Странника.
«Я никого не буду убивать!!» — попыталось вякнуть одно из воспоминаний…
Но Элья уже бежала вперёд с ножом на изготовку.
— Стойте!
Лэрге попытался схватить её руку, однако бывшая служанка Подземного Дворца метнулась в сторону с необыкновенным для человека проворством.
Грапар стоял неподвижно. Так же, как тогда. Только теперь он смотрел на неё — прямо в глаза.
Отлично. Так даже лучше. Она увидит, как из этих глаз уходит свет жизни, как они становятся глазами мертвеца…
Жерра застыла за ним, тоже неподвижная, охваченная ужасом.
Да, ужас — это как раз то, что нужно… Месть свершится, Его Болотное Величество будет доволен…
И вдруг локти Эльи словно стянули сзади канатом. Заломило плечи и лопатки. Ноги по инерции пытались мчаться вперёд, однако лишь топтались на месте.
— Пусти меня! — яростно вырывалась Элья.
— Успокойтесь! — велел Саррет.
— Пусти, я его…
Ей всё-таки удалось высвободить одну руку — правую, с ножом. Она попыталась пырнуть графа, однако тот ухитрился перехватить её запястье и сдавил так, что пальцы разжались сами собой. Нож со звоном упал на мост. Элья потянулась было к нему — да куда там!
— Элья, Элья! — Саррет развернул её к себе лицом. — Что с вами? Что случилось?..
Не Саррет, вспомнила она. Лэрге.
Его голос, его серьёзные серые глаза, руки, крепко сжимавшие её плечи — всё это вернуло Элью на землю. Она поняла, что стоит в одном крохотном шажке от края пропасти. Поняла, что только что вела себя отвратительнейшим образом. Поняла, что если бы Саррет не справился с ней и с её нездешней, белоборской силой, то они бы свалились вместе.
— За что вы хотите убить Грапара? — спросил Лэрге.
Элья опустила голову. У неё было всего мгновение, чтобы собраться, несмотря на слабость, на дрожь, которая начала сотрясать тело, на саднящую спину и на собственный стыд. Она только что чуть всё не испортила!.. Но нельзя сейчас об этом думать.
— Так вы ничего не знаете. — Элья подняла на графа глаза. — Ну конечно!
Она развернулась к Грапару и Жерре, одновременно поправляя сумку, в пылу схватки сползшую с плеча.
— Конечно, вы ничего не сказали ему. Ну ещё бы! Иначе его бы здесь не было, верно?
— О чём не сказали? — спросил Лэрге.
Он отпустил её, понимая, что приступ прошёл, и Элья сделала два шага по направлению к Грапару.
— Тебе ведь очень нужен был шемейский дворянин, не так ли? — процедила она. — Больше, чем я.
— Элья, пожалуйста… — попросил Грапар. Он рванулся в её сторону, однако девушка попятилась:
— Не приближайся ко мне!
Она чувствовала, что Саррет стоит за её спиной, слышала его дыхание и почти ощущала его тепло. Это был человек, которому — она теперь точно знала — можно было доверять. Если она не будет понимать, что делать, он найдёт способ подсказать; если она ошибётся — он исправит её ошибку. И уверенность в этом помогала Элье не ошибаться.
— Послушай меня, пожалуйста, я всё объясню, — Грапар сделал ещё одну попытку приблизиться. Очень медленно и осторожно он шёл по мосту. — Можешь мне не верить, но я… я очень рад, что ты вернулась.
Его голос дрогнул — и получившийся звук словно эхом отозвался в Эльиной груди. Там тоже что-то дрогнуло, дёрнулось…
Нет, это всё обман. Это не тот король. Настоящий, нужный, стоит за ней, вместе со всем Татарэтом. Тот человек, которого она любила — фальшивка. Она не забудет об этом, теперь — точно.
— Я сказала, не приближайся! — крикнула Элья.
Грапар покорно остановился. Их разделяло всего несколько шагов. Заметив, что Жерра идёт за ним следом, Элья перевела глаза на неё и ухмыльнулась:
— А ты что молчишь, подружка? Тоже ошалела от радости? Ну давай, скажи, что и ты рада меня видеть.
— Нет, я не рада тебя видеть, — отрезала Жерра. — И никогда не была рада. — Она бросила, глядя куда-то поверх плеча Грапара — то есть, на Лэрге: — Я говорила, надо было выбрать обычную дорогу!
— Нас бы потом арестовали свои же, — сказал за Эльиной спиной Саррет.
— Элья, послушай, — повысил голос Грапар, и остальные тут же замолчали. — Пойдём с нами, пожалуйста. Я клянусь, что больше никогда не причиню тебе вреда. Всё теперь будет по-другому… Пожалуйста, хорошая моя, пойдём. Я понимаю, что мою вину загладить невозможно, но я сделаю всё, что ты захочешь…
— Я хочу, чтобы ты сдох, — процедила Элья. — Я за этим и шла в Сакта-Кей. Не ожидала вас встретить здесь — я специально выбрала эту дорогу, чтобы ни на кого не наткнуться. На Бельзутском мосту людно, а я, знаете ли, с некоторых пор не люблю людей… Особенно вот этого. Зачем вы остановили меня, Лэрге? Неужели это куча дерьма так дорога вам?
— Но что он такого сделал? — спросил Лэрге после секундной паузы. Идеально! Его сиятельство шокирован выражением, вырвавшимся из её рта, но чтобы справиться с собой, ему хватило одного мгновения! Он слишком благороден, чтобы заострять на этом внимание…
«Или, может, это я переигрываю?!» — в панике подумала Элья.
Но голос её прозвучал твёрдо и жёстко:
— Он меня предал. — Она огляделась. — Где мой нож?
— Боюсь, что он упал, — сказал Лэрге.
Элья криво усмехнулась.
— Вот, возьми. — Грапар внезапно вынул из-за пояса револьвер, взвёл курок и протянул ей рукояткой вперёд.
— Что ты, мать твою, делаешь?! — прошипела Жерра.
— Помолчи, — бросил Грапар.
Элья вспомнила, что эта кучка разбойников из Сакта-Кей недавно ослепила Жерриного брата. Почему она после этого по-прежнему работает на них? Или Грапар не имел к случившемуся никакого отношения?..
Она протянула руку и взяла револьвер. Какой тяжёлый…
— Давай, — сказал Грапар и опустил руки. — Просто нажимаешь курок. Всего-то делов.
— Элья, не надо, — запротестовал Лэрге.
«Ладно, как скажешь».
— Ты изменилась, — заметил Грапар.
Да чтоб вас всех.
Она скривила губы:
— Могу поспорить, что это не комплимент.
Прежняя Элья попыталась бы разыграть драму мятущейся души. Со слезами, с дрожащей рукой, с закатыванием глаз… Эта же просто стояла, прикусив губу и смотрела на Грапара. Долго стояла.
Потом бросила револьвер, чудом замерший на самом краю пропасти, развернулась и ушла. Стремительно, целенаправленно, едва не задев по пути Лэрге.
— Что же тебя остановило? — громко спросил Грапар, перекрикивая ветер и расстояние.
Она не обернулась.
Граф догнал её уже на берегу. Он уговаривал её успокоиться, заверял, что во всём разберётся, просил положиться на него, задавал участливые вопросы… Элья остановилась только когда он случайно задел её спину.
— Что?.. — он удивлённо отпрянул, услышав сдавленный вскрик.
— Ничего…
Грапар и Жерра тоже уже были здесь. Элья покосилась на них и отвела глаза. Только не переиграть… Пусть будет так: она устала, она в отчаянии, она хочет только уйти… Ни в коем случае нельзя швыряться проклятиями. Не сейчас.
— Я уверен, для вас найдётся комната в Сакта-Кей, — заявил Лэрге и повернулся к Грапару: — Правда ведь?
Тот только усмехнулся, зато Элья «проснулась»: