Между тем сам Сазгаус не мог перестать смеяться глупой попытке Саймана что-то ему доказать. То, что он сделал ‒ ничто по сравнению с боевыми ранами, да даже теми, что он сейчас носил на ладонях и ступнях.
‒ Ты слабак, жрец. Слабак и трус, причем сам это прекрасно знаешь. ‒ Таких, как Сайман, Сазгаус не боялся. Да, с магией ‒ божественная она или природная, но он сам являлся слабаком. Но с представителями такого вида он разбирался куда быстрее И проще — тому спасибо крови звездных эльфов, которая помогала ему нападать из тени. Быстро, неожиданно, но на то он и убийца.
Продолжая смеяться, Саз ушел в свою каюту.
Мире нечего было возразить. Она наклонила голову вниз, стыдливо пряча глаза, и отпустила руку Кона. Глупая была затея ‒ это она уже поняла ещё вчера. Ей не побороть слабость, в которой она и так уже призналась, лишь сильнее оттолкнула Кона от себя теперь уже сама. Видимо, ей было куда ещё падать в его глазах, и она с успехом провалилась в эту яму.
‒ Прости, ‒ шепнула Мира, поднимая глаза на Кона. Он был последним человеком, которого она хотела потерять, поэтому готова была извиняться всю дорогу до самого храма. И после него, потому что верила, что Кон выйдет живым оттуда. ‒ Идиотская была идея, глупо было полагать, что ты и без этого не видишь моей слабости. Тренировок не будет, знать его не хочу. Я бы с радостью вернулась в тот день, когда духи повели нас в пустыню, в лепешку бы расшиблась, но узнала другой путь. Все было проще, когда мы путешествовали вдвоем.
«Пусть ты меня не замечал и тогда», ‒ мысленно добавила она. По крайней мере, не было того, кто заставлял ее испытывать неприятные чувства, которые довелось пережить в последнее время. Да и чем ей эти тренировки помогут? Вокруг внезапно стало столько убийц, которые в секунду перережут ей горло, она и пикнуть не успеет, не то что ответить неловким выпадом. Она и правда глупая, раз решила обратиться с такой просьбой к Сазгаусу.
‒ Какой смысл сейчас это говорить? Ты попросила помощи у него, а не у меня. И после этого ты считаешь себя единственной преданной?
И пусть Кон улыбался, но глаза у него были грустные; серая радужка потухла, а сам он, лишь коснувшись ладонью макушки Миры, повернулся к ней спиной и спустился по лестнице вниз в свою комнату. Он не обижался, не злился. Просто была обида на душе, которая и поедала его радость изнутри, не позволяя той заполнить вены. Да и чему радоваться? Одна из группы в опасности, вторая считает, что Кон не достоин быть учителем по мечам.
С этими мыслями он вернулся в свою комнату, где лег в гамак и тяжело вздохнул, накрывшись одеялом. Кон планировал лечь спать, и пусть он долго еще волочился, но наконец-то он смог начать восполнять силы через сон. Только снились ему отнюдь не радостные моменты.
10. Тайна тропического острова
В группе был разлад, большинство из них не разговаривали друг с другом. Девушек поселили вместе, и хоть открыто Мира не высказывала свое недовольство Марвало, с ее стороны всё-таки ощущалась напряжённость. Как и в отношениях с Коном. Он улыбался ей, но каким-то шестым чувством она понимала, что он все ещё на нее обижен. Сайман следовал по пятам за Марой, словно и правда был ее сторожевым псом. А та нагло флиртовала перед ним то с моряками, то с Сазгаусом, чем отравляла жизнь не только Саю, но и Мире.
Дни для всех тянулись невыносимо долго в этой деревянной коробке, где никто ни от кого не мог скрыться хотя бы на день. Единственный, кого так и не нашли, был Зед. К счастью для всех, он не показывал своего носа из темноты, в которой прятался. Возможно, тому способствовали ежедневные обыски, которые устраивал капитан на своем корабле.
Когда же «Святая Мария» вошла в порт, все вздохнули с облегчением. Неделя в пути и так казалась бесконечной, а впереди ждала ещё одна такая же. Если ничего не изменится, в дальнейшем пути им всем будет очень сложно. Но остров Поф встретил их тропическим раем. Всюду росли высокие пальмы, которые возвышались над небольшими деревянными домиками на сваях. И лишь дальше, глубже в остров были видны причудливые замки из белого известняка. Видно, что город процветал за счёт торговли и рыбной ловли.
Простые пассажиры сошли в порту, но корабль двинулся дальше, чтобы подойти к острову с другой стороны для того, чтобы оставить один груз и забрать другой. У них было больше суток, чтобы осмотреть достопримечательности. Не сговариваясь, все разошлись по приветливым улицам городка.
Только приветливым он казался в самом начале. Чем больше вглядывались в прохожих, тем заметнее становилось странное отношение людей. Некоторые из них были практические голые, по сравнению с большинством, которые были наряжены в самые разноперые одежды и замысловатые украшения. Иногда даже казалось, что на некоторых людях были ошейники.
Мира доложила Кону, что пройдется по местным лавкам с травами, после чего он мог найти ее на площади. Если ей все же придется остаться в городе, то на это потребуются деньги. А чем она могла заработать, кроме как своим выступлением? Вот и путь ей был прямиком в самый оживленный центр города.
Сазгаус тоже предпочел погулять от всех отдельно, но при этом он умудрялся следить за каждым. За Марой продолжал следовать Сайман, но она упорно игнорировала его ‒ до сих пор не простила случай с запертой дверью. Видеть таскающегося по пятам труса было противно, потому полукровка даже пытался вразумить фейри, что то было для её блага. Но даже его Мара не слушала.
Потом Сазгаус проверил Миру ‒ в центре города она вновь собрала вокруг себя толпу желающих узнать свое будущее. Ухмыляясь из тени, Саз даже подумал ‒ а не попросить ли её свою судьбу узнать. Он, как и Кон, не очень верил в это, и как Сайман верил лишь в одну богиню ‒ богиню удачи, которая не раз его спасала своим присутствием. Но уж больно завлекательно выглядело то, как Мира запрокидывала голову, как менялся цвет её глаз, и она произносила будто не своим голосом разные пророчества.
После Сазгаус на пути в оружейную приметил Кона в кузнице. Он расплатился с мужичком за что-то и только хотел было отойти, как вдруг на его плечо села бумажная птичка (больше, чем обычные птицы-почтальоны) с приклёпанным к ноге увесистым мешочком. Увидев её, Кон сразу схватил птицу и отбежал к здешнему небольшому фонтану, где тут же убрал мешок и стал читать письмо. На его лице тут же отразилась такая счастливая улыбка, которую Саз у него ни разу не видел. Видать, вести из дома ‒ Кон читал неторопливо, порой смеялся чему-то, смущенно прикрывая рот кулаком, а в конце просто с болезненной истомой в глазах пробежался по строкам.
Сазгаус не стал тревожить его единение с воспоминаниями и думами о доме, быстро закончил свои дела и пришел в условное для группы место, где они должны были встретиться. Он пришел первым ‒ оно и понятно, так как в городе ему особо нечем было закупаться. Это была довольно большая современная таверна в четыре этажа, на первом уместился настоящий ресторан, где все было ухожено и со вкусом. Где не было пьяни, а лишь туристы ‒ да самые диковинные. Остров имел поистине большой город и имел главный порт по всему материку. Здесь находились богатые люди, любящие скупать и перепродавать заморским торговцам разные вещи.
Сазгаус выбрал столик на шесть персон и уселся, заказывая себе эля. Не видел смысла оставлять трезвую голову сегодня, оттого и позволил себе расслабиться. Позже явилась и Мара без сопровождения ‒ что удивительно.
‒ Неужели смогла от него удрать? ‒ усмехнулся Сазгаус.
‒ Сама не поняла, как это случилось, ‒ буркнула недовольная фейри и, проходя мимо официантки, послала за пивом и села рядом с Сазгаусом, кладя голову на его плечо и с шумом выдыхая. ‒ Стал читать лекцию парню, к которому я подкатила… Не неделя, а ад!
‒ Дай угадаю, потому что не было секса?
‒ А про него вообще молчи! Из-за этого грубияна я скоро с ума сойду! Я ж не неделю без секса, а гораздо больше! Он же меня еще в городе пас!