— Согласен, — кивнул головой северянин.
— Ты должен поклясться, — настойчиво проговорил чародей.
— Клянусь! — вымолвил наемник. — Хотя и не очень понимаю, как можно захватить в плен столь могущественную ведьму. Магия Ивона слаба и не способна остановить Ускану. Она сотрет нас в порошок…
— Это не исключено, — честно признался колдун. — Одна оплошность — и второго шанса уже не будет. Но для начала я хочу понять, что же произошло на самом деле. Ваш рассказ не отличался последовательностью, а мне необходимо знать мельчайшие подробности.
— Валвилцы и сами ничего не понимают, — заметил варвар. — Их верные союзники-гномы неожиданно напали на селения и, перебив жителей, ушли восвояси. Так началась затяжная война. Количество торгрийских солдат становилось все больше, а успехи все значительнее. Сейчас захватчики отобрали у альвов почти треть территории страны. Некогда трудолюбивые и мирные существа безжалостно убивают детей, женщин, стариков. Жрецы связывают эти события с королем Аерисом.
— А внешне гномы как-то изменились? — уточнил волшебник.
— Да, — произнес Конан. — Они больше не разговаривают, их кожа приобрела мертвенный оттенок, а глаза пылают желтым холодным светом. Мне доводилось сталкиваться с зомби. Торгрийцы от них почти ничем не отличаются.
— Ты не прав, — Ябер откинулся на спинку кресла. — Гномы еще живы, хотя их души целиком и полностью принадлежат Ускане. Она применила свою излюбленную тактику. Зная слабости дикарей, женщина превратилась в очаровательную торгрийку. Король Аерис попал в чары любви и стал рабом колдуньи, беспрекословно выполняющим все желания красавицы.
— Но ведь гномов — тысячи? — удивленно проговорил киммериец.
— Подчинить их довольно просто, особенно яберу, — снисходительно улыбнулся чародей. — Ускана не отличается оригинальностью и вновь использовала кровь черной гидры. Несколько капель в воду, добавить заклинание — и воля дикарей подавлена. Когда воины атакуют города валвилцев, то они лишь исполняют волю могущественной, женщины. Ей всегда нравилось управлять армиями и наблюдать, как гибнут свои и чужие солдаты.
Альфрак вернулся под утро. Вид у него был задумчивый. Дорога, которую он избрал, могла привести к смерти возлюбленной. Оправдан ли такой риск? Если дикарь не выполнит своего обещания, ябер отомстит и Конану и людям, и альвам, но разве это вернет Ускану! Окажись в распоряжении Альфрака одна или две луны, то чародею удалось подготовить западню для Усканы и вернуть ее домой…
Волшебник тяжело вздохнул. Его гости вряд ли согласятся ждать так долго. К тому времени Валвил перестанет существовать. Значит, выбора не остается. Альфрак подошел к киммерийцу и коснулся рукой его плеча. Северянин тотчас проснулся и по привычке потянулся к мечу. Впрочем, варвар довольно быстро осознал, что опасности нет. В голове ощущалась неприятная тяжесть. Он снова выпил несколько больше, чем было нужно. Конан потянулся к хрустальному кувшину, налил себе в бокал вина и залпом осушил его. Сквозь прозрачную крышу киммериец увидел, что небо на Восходе порозовело. Вот-вот из-за горизонта появится лучезарный Солар.
— Я нашел способ одолеть Ускану, не причиняя ей вреда, — произнес колдун. Но вам придется выдержать нелегкое испытание.
— Не в первый раз, — пробурчал северянин. — Что надо делать?
Волшебник расположился напротив варвара и продолжил:
— Освободить гномов от заклинания не так-то просто. Их души прочно опутаны сетями магии. Но я предлагаю тебе блестящую возможность разом покончить со всеми неприятностями…
— Не слишком ли долгое вступление? — заметил Конан.
— Почему люди так нетерпеливы? — казалось, Альфрак обиделся.
— Это потому что наша жизнь коротка, а успеть хочется многое, — ответил Конан.
— Достойный ответ, — согласился чародей. — Итак, твоему отряду предстоит длинный путь. В самой Полуночной части озера есть одинокая скала, напоминающая наконечник копья. У ее снования вы найдете маленький, хорошо замаскированный грот. Он ведет в подземные лабиринты с множеством пещер. В одной из них живет черная гидра. Это страшное, очень опасное чудовище. Если сумеете благополучно пройти дальше, то окажетесь в сохранившемся доселе подземном саду яберов. Необходимо отыскать растение, которое мы называли Цветами Возрождения. Если соцветия добавить в воду, которую пьют заколдованные гномы, то заклинание прекратит свое действие.
— Но как мы узнаем эти цветы? — спросил киммериец.
— Не ошибетесь, — на устах колдуна появилась снисходительная улыбка. — Маленькие серебристые лепестки и рубиновая сердцевина. Но будьте осторожны — на стебле растения много ядовитых шипов. Уколетесь — и уже не поможет никакое волшебство. Жизнь и смерть всегда идут рядом.
— Чтобы прорваться в сад надо убить гидру? — уточнил северянин.
— Звучит довольно самоуверенно, — фыркнул чародей. — Смельчаков, которым удавалось подобное, я могу сосчитать по пальцам. Большинство либо использовали магию, либо жертвовали своими спутниками. Тварь не очень быстра, но коварна и безжалостна. Ее зубы легко перекусывают хребет лошади. Люди и альвы для гидры — всего лишь закуска.
— Я не привык отдавать друзей на съедение чудищам, — вымолвил варвар.
— Ты сам сделаешь выбор, — сказал Альфрак. — Но помни, чудовище сдохнет только тогда, когда будут отрублены все три головы, а отрастают они достаточно быстро. Малейшая ошибка, и тварь вас схватит. Пещера узкая и развернуться там негде. Кроме того…
Хозяин дворца замолчал, будто что-то вспоминая. Проведя рукой по подбородку, колдун задумчиво посмотрел на восходящий диск Солара. Конан долго ждал, но волшебник не спешил продолжить разговор.
— Кроме того?.. — осторожно напомнил киммериец.
— Ускана прекрасно знает, что я попытаюсь вернуть ее домой, на остров, — произнес Альфрак. — Она не глупа и может подготовиться к встрече со мной. В пещере наверняка расставлены ловушки. Вы должны быть готовы к любым неприятностям.
— Вот поэтому я и не люблю ведьм — проговорил северянин.
— Это заметно, — иронично сказал колдун. — Особенно если вспомнить королеву Фессалии… Ну да кто из нас без греха… А теперь смотри внимательно. Я смогу показать вам дорогу только один раз.
Чародей произнес заклинание, взмахнул руками и сад, окружавший мужчин, тотчас исчез. Вокруг остались только голубое небо и пылающий на Восходе Солар. Варвар взглянул вниз и не поверил собственным глазам. Остров Альфрака превратился в крошечное темное пятнышко среди сине-зеленых вод Онлио. Путешественники парили в воздухе на высоте нескольких сотен локтей. Тихий шепот ябера нарушил божественную тишину. Конан начал падать, в ушах свистел ветер, сердце учащенно застучало. Еще немного и он рухнет в пучину! Однако, ничего страшного не произошло — киммериец всего лишь летел над озером. Справа виднелся один остров, на Полуночном Закате — второй, а еще чуть дальше — третий…
Вскоре показались вершины Торгрийских гор.
Северянин приближался к берегу. Скалу в форме наконечника копья варвар заметил сразу, затем показался грот, о котором говорил Альфрак. Конан невольно втянул голову в плечи, когда нырнул под своды пещеры. Сквозь полумрак киммериец с трудом различал уступы каменных стен.
К счастью, полет резко замедлился, и запоминать дорогу стало гораздо проще. Поворот направо, налево, прямо… Появилась большая пещера, окутанная голубоватым заревом, но в этот момент магический туман рассеялся и к своему немалому изумлению варвар обнаружил, что по-прежнему сидит в кресле и сжимает в руке полупустой бокал.
— Там, где ты прервал полет, скрывается гидра, — пояснил волшебник. — Показать ее я не могу. Чудовище надежно укрыто Пеленой Забвения. Снятие заклятия сразу привлечет внимание Усканы.
— Понятно, — кивнул головой Конан. — А теперь главный вопрос: как победить колдунью, не причинив женщине вреда? Вряд ли она смирится с поражением. Гнев яберки будет ужасен!