— Госпожа Заречина, — требовательно позвал Ахметов, но Серафима лишь рассмеялась и крикнула мужчине, пустившись в бег к остановке.
— Мой аэробус! Прощайте, господин Ахметов!
Запыхавшись, девушка легко вскочила на ступеньку маршрутки, оглядываясь на замершего мужчину. Он злился, Фима могла рассмотреть его прищуренные глаза и то, как он сжал руки в кулаки. Он остался стоять на тротуаре, к которому подъехал чёрный флаер. Ахметов сел в него, а Заречиной стало ясно, что прощание не удалось, и специальный агент так просто не сдастся. Но, тем не менее, это было забавно, вот так вот дерзко дразнить кого-то. Злить, надсмехаться и плевать на чужое мнение. Может, это просто депрессия сказывалась, а может, желание вернуть кое-что утраченное.
И она оказалась права. Стоило ей выйти на остановке перед университетом, она сразу заметила господина Ахметова, поджидающего её у библиотечного корпуса.
— Что за детские выходки? — первое, что спросил, а девушка изумлённо ахнула, веселясь за счёт мужчины.
— Детские? — переспросила она и, обойдя его, вошла в холл университетской библиотеки.
— Да, детские. Вы должны понимать всю серьёзность ситуации, в которую попали.
— Прекрасно понимаю, — не согласилась с ним Заречина, продолжая шагать через холл к лифтам. Брюнет её не останавливал, опять шёл чуть позади, но это не мешало ему внимательно слушать девушку, которая не собиралась терпеть к себе властного отношения. — У вас на меня ничего нет и быть не может. Вам просто от меня что-то надо, и вы выбрали неправильный подход. Как непрофессионально, господин Ахметов.
Нажав кнопку вызова, девушка обернулась к мужчине и тепло ему улыбнулась.
— Думайте, прежде чем что-то предлагать, — мягко пожурила она агента и вошла в открывшийся перед ней лифт.
— Хорошо, — кивнул Богдан, — вы правы. Я возглавляю совершенно новый отдел. Мы занимаемся налаживанием отношений с другими расами. Вы, как дипломированный специалист, должны понимать, как важно найти правильный подход. Увы, пока наше правительство в этом не преуспело. Ваша работа лишь первая ласточка, и наверху это понимают. Поэтому я попросил разрешение привлечь вас к работе. Мне кажется, вам будет интересно работать в моём отделе. Вас ведь увлекает культура рептилоидов?
Фима впервые за время общения с Ахметовым не улыбалась, а внимательно слушала его.
— Нам известно, что вы знакомы с младшим принцем крови.
Серафима хохотнула, покачав головой.
— Это было мимолётное общение. Шапочное знакомство.
— Возможно, — усмехнулся Богдан, — вот только принц о вас помнит, и вы, видимо, тоже.
Девушка удивилась. Приятно осознавать, что оставила неизгладимое впечатление в душе хоть и не человеческой, но всё же не простой.
— И мы хотели бы, чтобы вы, как представитель Земли, посетили империю.
— Зачем? — удивилась Серафима, ведь понятно было, что не просто так. Явно с каким-то заданием, а не на курорт её хотели послать.
— Об этом после того, как вы подпишете соответствующие документы.
Заречина покачала головой, наученная горьким опытом.
— Ничего подписывать не буду, так что или говорите, или давайте прощаться. У меня дел по горло, — надменно отозвалась Серафима и вышла из кабины лифта в хранилище, которое располагалось на минус третьем этаже, глубоко под землёй.
— Госпожа Заречина, вы забываетесь. Не в вашем положении брыкаться, — устал быть любезным и сорвался Богдан.
— Это вы забываетесь, господин Ахметов, — бросила Серафима через плечо, вышагивая по длинному коридору в свою подсобку. — Это я вам нужна, а не наоборот. Причём, судя по тому, что вы сказали, принц Шшангар выслал мне приглашение и только поэтому вы решили ухватиться за меня, как за свой шанс. Я права?
Богдан оскалился, наблюдая за девушкой. Как легко эта взбалмошная, на первый взгляд, особа раскусила его, хотя он обычно добивался всего, чего хотел. А сейчас ему нужна была Заречина. И шантаж на неё не действовал.
Девушка остановилась, обернулась на агента, продолжая ему улыбаться. Только серые глаза при этом оставались такими же тоскливыми, как в кафе и на снимках, которые он собирал, пока следил за ней и наводил справки.
— В чём ваша мечта, госпожа Заречина? Ведь не в том, чтобы дышать библиотекарской пылью. Я читал вашу дипломную работу, она наполнена призывами к переменам, силой убеждения. Вы мечтаете, чтобы мы стали ближе с атландийцами и имперцами, чтобы мы научились лучше понимать их. Я готов дать вам этот шанс, помочь воплотить в жизнь свою мечту, попробовать изменить этот мир.
— Я попробовала, — отозвалась Серафима. — Если вы считаете, что возлагать на хрупкие женские плечи мужскую работу очень героически, то спешу вас разуверить. Женщине неподвластно изменить мир, где правят мужчины. Так что вперёд, теперь ваш черёд попробовать изменить этот мир.