Флаер приземлился на площадке перед крыльцом дома. Дантэн поднялся с земли, прикрываясь рукой от порывов горячего воздуха, поднятого летательным аппаратом. Иорлик легко спустился, а Ход прижал руку к груди и кивнул ему в знак приветствия.
Повторив движения, седовласый атландиец подошёл к своему любимчику.
— Дантэн, я как узнал, что ты вернулся, сразу к тебе. Почему так долго? Нельзя же так срываться на Землю, никого не предупредив!
Тманг по давней привычке сразу начал отчитывать нерадивого мальчишку, но Ход знал, что тот скрывал свой страх за него. Всё же он воспитывал Дантэна не только как ученика, но и как сына, заменив ему родного отца.
— Были дела, — легкомысленно отозвался Дантэн.
Извиняться за свою выходку и оправдываться он не собирался. Это его личное дело когда и куда ему летать. Он всего лишь Хранитель Тошана, и свои обязанности перед жителями планеты добросовестно исполнял.
— Дела у тебя и здесь были. Знаешь, как вопил Аранс, умоляя уговорить тебя вернуться, — покачал головой Тманг, сердито оглядывая Дантэна с ног до головы, да так и замер, удивлённо вскинув брови. — О! — выдохнул он. — Я должен тебя поздравить?
— Не настаиваю, — усмехнулся прозорливости наставника Ход и жестом пригласил его в дом.
— Так ты летал ради этого? — задал встревоженно вопрос Тманг, озарённый причиной странного поведения Дантэна. Ларна — это событие для каждого атландийца. Найти подругу жизни — это великая удача и бескрайнее счастье!
Ход молча улыбался, шёл впереди Тманга, наблюдая за ним в отражениях зеркал.
— Это юная землянка? — тыча пальцем в спину Дантэна, выкрикнул Иорлик. — Конечно она. К кому бы ты полетел ещё. Точно она! Надо же.
Бормотания седовласого атландийца услышал секретарь, которому Ход и словом не обмолвился о причинах визита на Землю. Аранс всю ночь приводил документацию Хранителя в порядок, чтобы с утра он смог приступить к приёму жителей планеты. Невыспавшийся, он замер на лестнице второго этажа, обрадовавшись прилёту сиона Тманга.
— И как она приняла тебя? — обеспокоенно вопрошал молчаливого Дантэна Иорлик, поднимаясь с ним по лестнице, вскользь поздоровавшись с Арансом, который пристроился позади старого атландийца внимательно прислушиваясь к их разговору.
— Дантэн, ну что ты молчишь? Так она приняла? Или нет?
Ход усмехнулся. Приняла ли его Сима? И да, и нет. Она, кажется, так и не поняла, что должна сделать. Принять его, выбрать, прийти к нему сама, полностью уверенная, что делает верный выбор на всю жизнь.
— Ход, ты меня пугаешь своим молчанием. Она хоть жива?
Дантэн удивлённо обернулся на старика, который под его взглядом стушевался.
— Ну а что я должен подумать? Молчишь, весь в себе, словно кто-то умер. Ты ведь мог её неосознанно и убить. Ты не должен забывать об этом, милый мой мальчик. Ты слишком силён.
— Она сильная, — заверил его Дантэн и вошёл в свой кабинет.
— Рад за тебя, — с нескрываемым облегчением выдохнул Иорлик, проходя к своему любимому креслу. — Это воистину отличнейшая новость! Я же даже не надеялся, что ты найдёшь…
Тманг замолчал, поймав очередной предупреждающий прищур карих глаз Хода.
— Ну а что я такого сказал? — возмутился Иорлик. — Я всегда пекусь о твоём счастье. Всегда, и ты об этом знаешь.
Дантэн кивнул, усаживаясь в кресло. Аранс тут же положил перед ним планшет с прошениями граждан Тошана.
— И где же она? — продолжал мучить Дантэна Иорлик. — Или у тебя пока этап разрыва?
Тот кивнул, говорить не хотелось, как и работать, и уж тем более принимать гостей. Хотелось посидеть на краю обрыва и помечтать о любимой.
— То есть через неделю прилетит? — спросил Тманг, отмечая, как поджал губы Ход. — Аранс, ты приготовил комнату для…
— Рано ещё, — остановил его Дантэн, теряя терпение. — Сион Тманг, вы хотели поговорить о чём-то другом.
— Да-да, да только твои новости намного важнее, чем очередное собрание Сильнейших.
— Мои новости, это только мои новости. И я их не афишировал и не просил делить эту радость со мной.
— Но почему? — удивился Иорлик нелюдимости Хода. Обычно такой праздник отмечают в кругу друзей и родни. — Потому что она землянка? Ты зря стесняешься происхождения своей ларны. Её примут в нашем обществе как твою подругу жизни, как соратницу, как любимую.
Ход усмехнулся пафосному высказыванию старого наставника.
— Я никогда в жизни не буду стыдиться её. Пусть она хоть стократ не соответствует моим понятиям о ларне, — с горделивой улыбкой отозвался Дантэн. Его глаза искрились радостью, и Аранс наконец понял, что такого углядел в своём ученике Иорлик, то, чего не заметил сам секретарь. Сильнейший изменился. Встреча с ларной сделала его ещё мощнее, оттого и непривычно тяжело было мужчине стоять возле Хранителя. А тот продолжал свои рассуждения. — Я столкнулся с ней по вашей наводке, сион Тманг, и она разбила все мои глупые представления о настоящей спутнице жизни. Я был так глуп. Теперь я это осознал.