Ригби видел, как Оливия свернула за угол аллеи. Она точно направлялась к доктору, поэтому дальнейшая слежка не имела смысла.
Что же теперь делать? Доложить обо всем мистеру Гаррету? Пожалуй, это единственный вариант. Возможно, хозяин приютит маленькую Колет в своем доме, а сам Ригби заслужит тем самым признание Оливии. Кроме того, мисс Лолес, которой так увлечен мистер Гаррет, производит впечатление великодушной особы. Она даже забрала Оливию от прежних хозяев, чтобы уберечь ее от их гнева. Наверное, мисс Ханне тоже можно доверить секрет.
Да, именно так и стоит поступить! Воодушевленный своим решением, Сэм Ригби, уже не таясь, вышел из дома и, свернув за угол, направился туда, где оставил свой экипаж.
Однако ни лошади, ни повозки на месте не оказалось. Исчез и уличный мальчишка, которому Ригби поручил охранять экипаж.
Оливия пробиралась среди детей, бегавших по аллее друг за дружкой. Она бережно прижимала к груди сверток с малышкой, постоянно прислушиваясь к ее покашливанию. Казалось, что Колет поправляется, удушливый кашель сменился влажным, но Оливия не переставала беспокоиться.
Ей невероятно повезло, что доктор Роу дважды в неделю бесплатно принимал больных в соседнем здании. Он заверил Оливию, что ее дочь всего лишь слегка простыла и что при должном лечении ей не грозит воспаление легких, но Оливия продолжала волноваться. Малышка Колет и старенькая мать, едва передвигавшая ноги, – для нее самые близкие люди. Мать совсем стала слабой. У нее едва хватало сил на заботу о малышке.
Девушка покусала губу от волнения. Она обязана перевезти маму и Колет в другое место, не такое мрачное и сырое! Благодаря мисс Лолес и мистеру Гаррету у нее появилась возможность больше зарабатывать, за что Оливия не забывала благодарить Бога и новых хозяев.
Однако чтобы обеспечивать близких, нужно много работать, а значит, скоро придется вернуться в Вудбридж-Понд, оставив девятимесячную малышку на попечение больной матери.
Чуть не плача от отчаяния, Оливия прижала к себе дочь.
– Тише, Колет. Скоро тебя осмотрит доктор. Надеюсь, он порадует меня хорошими новостями, – бормотала она. – Мы справимся, Колет, непременно справимся.
Кто-то сильно толкнул ее в плечо, и Оливию почти развернуло на месте.
– Эй, осторожнее, у меня реб… – начала она и вдруг испуганно умолкла.
Прямо перед ней стоял человек, встречи с которым она меньше всего ожидала. Она посмотрела на него с ненавистью и страхом.
– Ты хотела сказать, что у тебя ребенок? – вкрадчиво заговорил мужчина. – Но меня почему-то не удивляет подобное обстоятельство. – Он протянул руку и похлопал по белому свертку. – Наверное, чудесная девчушка, да? Можно мне подержать малютку? Я тотчас отдам ее тебе, Оливия.
Девушка попятилась. Глаза ее расширились от ужаса. Оливия не знала, откуда взялся ее безотчетный страх, но она поклялась, что скорее умрет, чем позволит Сайрусу Уилтон-Хьюмсу взять Колет на руки.
Глава 12
«Поели бы Гарреты нашей степной еды! Ха, вот уж где не до изысков, так только на Диком Западе!»
Ханна демонстративно промокнула губы льняной салфеткой и повернулась к сидящей слева пожилой леди.
– Изабель, я начинаю думать, что мы со Слейдом ошиблись, сообщив тебе о наших планах. Проблемы, связанные с моими родственниками, никак тебя не касаются. Я не позволю тебе подвергать себя риску. Наш план слишком опасен!
– Пф-ф! – фыркнула Изабель презрительно. – Уж кто-кто, а я смогу о себе позаботиться, девочка. Мало того что вы со Слейдом лишили меня возможности устроить пышную свадьбу, так еще теперь просите не вмешиваться в ваши военные действия! Кстати, Ханна, если кому и нужно поберечь себя, то, прежде всего, тебе. После вашего со Слейдом… визита в музыкальную комнату ты могла забеременеть. Я не хочу, чтобы ты рисковала моим внуком или внучкой! Ты согласна со мной, Эсмеральда?
Собака дернула ушами и чуть слышно чихнула, соглашаясь. Затем она подползла поближе к ногам Изабель и затихла. Ханна сидела на стуле, выпрямившись, избегая взгляда Слейда и его бабки. Щеки ее пылали от смущения.
– Музыкальная комната никогда не станет прежней, – продолжала Изабель. – Она будет хранительницей ваших со Слейдом воспоминаний. Правда, Ровена? – На сей раз, она обратилась за поддержкой к пожилой служанке.
Ханна нервно обернулась и заметила, что Ровена степенно склонила голову.
О Господи! В доме Гарретов что, вообще нет ничего запретного? Изабель обсуждает ее первый опыт любви со служанкой!
Ханна поджала губы и бросила выразительный взгляд на Слейда. Муж молча поглощал обед, не встревая в разговор. Заметив уничижительный взгляд Ханны, он, наконец, заговорил:
– Изабель, не стоит смущать мою жену. Она всего несколько часов назад стала миссис Гаррет, а ты уже обсуждаешь тему ее материнства. Пусть пока пребывает в неведении.
Ханна возмущенно охнула. Слейд ухмыльнулся, довольный произведенным эффектом. Сдерживаясь изо всех сил, чтобы не пнуть мужа под столом ногой, девушка вернулась к предыдущей теме:
– Слейд, объясни своей бабушке, что, если она не перестанет вмешиваться в наши планы, может случиться непоправимое. Мы все здорово рискуем! Запрети ей, в конце концов!
Слейд так развеселился, будто она сказала что-то из ряда вон выходящее.
– Запретить Изабель? Дорогая моя, да все покойные родственники Гарретов не поленились бы встать из могил, чтобы поставить памятник тому, кто сможет что-то запретить нашей упрямой Изабель.
Ханна недоверчиво уставилась на Слейда, затем на Изабель.
Как такая хрупкая старая леди ухитряется держать домашних в ежовых рукавицах? Или в ней есть нечто такое, о чем Ханна пока и не догадывается?