Несмотря на это, Тирета была одной из самых популярных жительниц Кэйлаты. Казалось, она знала буквально всех, и всем, кто ее знал, она нравилась. Она всегда была услужливой, непритязательной, но в то же время жизнерадостной, и что-то в ней заставляло всех желать заботиться о ней. Это было почти похоже на какую-то защитную окраску или естественный защитный механизм, хотя явно не было ничего такого, что специально бы делала Тирета. Это было просто тем, кем она была. Даже Лиана, которая, безусловно, была самой молодой девой войны в городе и, по крайней мере, на десять лет моложе Тиреты, к тому же, чувствовала потребность защищать, что делало Тирету чем-то вроде суррогатной младшей сестры для всех.
Однако, когда дело касалось бизнеса, в Тирете не было ничего детского, и она была требовательной надсмотрщицей. Она уже перебрала трех работниц на неполный рабочий день, прежде чем Лиана вошла в дверь ее магазина, и ни одна из них не удовлетворила ее. Что было к счастью для Лианы... которая оказалась такой. После первого дня Тирета согласилась платить ей сдельно, а не почасово, несмотря на первоначальные опасения стеклодува, что поспешность увеличит количество поломок. Этого не произошло, и Лиана обнаружила, что если она действительно сосредоточится, то сможет заработать наполовину больше за тот же период времени - или заработать нужную сумму и все равно вовремя успеть на запланированное занятие с Рэвлан-сотницей.
Что, напомнила она себе, когда часы на ратуше пробили час, было немаловажным соображением.
- Я должна бежать, Тирета! - сказала она. - Я опаздываю к Рэвлан-сотнице. Могу я забрать свою зарплату завтра утром? Мне нужно заплатить управляющему конюшней за следующую неделю.
- Конечно, можешь, - заверила ее Тирета. - И, поверь мне, ты не захочешь опоздать к Рэвлан. - Она закатила глаза. - Так что убирайся!
- Уже в пути! - заверила ее Лиана и выскочила за дверь магазина.
- Привет, Лиана! - раздался чей-то голос, когда она вприпрыжку бежала по пешеходной дорожке рядом с главной улицей города. - Мы все собираемся в "Зеленую деву" после ужина, и мы...
- Нет времени, Бестрия, - бросила Лиана через плечо, не замедляя шага. - Прости! И я собираюсь снова вычистить прилавки после ужина! - Она скорчила гримасу, помахала рукой и исчезла за углом.
Она продолжала бежать, и ей пришло в голову, что последняя неделя внесла некоторые серьезные изменения в ее жизнь. Гарлана была ее спасательным кругом в течение первого дня или около того, и Лиана отчаянно цеплялась за нее... всякий раз, когда она не валялась в постели, пытаясь наверстать упущенное в этой полумифической вещи, называемой "сном". Но, скорее к ее собственному удивлению, она обнаружила, что приспосабливается к своей новой жизни с поразительной скоростью. Или, возможно, это было не так уж и примечательно. У нее никогда не было возможности наблюдать, как другие девы войны приспосабливаются к тем же изменениям, но, должно быть, за эти годы через тот же процесс с Эрлис-сотницей и ее помощницами - как и с Рэвлан-сотницей - прошли десятки или сотни кандидаток в девы войны. Их уверенная, компетентная живость была чрезвычайно обнадеживающей, несмотря на их суровые ожидания. И после первого дня или около того Лиана поняла, что, в отличие от нее, они точно знали, что делают. Что означало, что все, что ей нужно было делать, это то, что они ей говорили.
Так она и сделала и в процессе обнаружила, что у нее действительно есть хоть какие-то способности к физической подготовке, которой они ее подвергали. Это стало для нее явным сюрпризом, и она была просто немного задета тем фактом, что это, казалось, не удивило их. Она предполагала, что должна воспринять это как комплимент, но случайные взгляды кошек, поедающих голубей, которые, как она удивлялась, появлялись на их лицах, немного затрудняли это.