«Головоломка какая-то, — недоуменно пожал плечами Рыков. — Надо с ней разобраться.»
Федор Федорович позвонил в отдел кадров, пригласил к себе подполковника Тремова, заместителя начальника отдела.
Вскоре в его кабинет вошел высокий стройный офицер в общевойсковой форме.
Федор Федоровича всегда возмущало, что сотрудники одной системы носили разную форму, в частности, кадровики, тыловики и руководители — первые лица. Как правило, на должностях руководящего состава, в том числе и кадрового аппарата, значились люди из партийных органов, и главным образом, те, кто уже не имел перспектив продвижения по служебной лестнице в своей системе. Но эта категория партийных чиновников шла, как правило, на «укрепление» органов. Сугубо штатские люди, они с удовольствием надевали общевойсковые кителя, и, естественно, ни один из них не внес предложения ввести в МВД форму единого образца, сугубо милицейскую. А ларчик тут просто открывался. Руководить службой, не зная ее сути, мог каждый посланный на «усиление», с апломбом заявляя, что, дескать, в МВД ничего сложного нет, организация работы такая же, как в любой другой системе. Но вот в дела практические такие «руководители» стремились не вникать, боясь опростоволоситься. Поэтому вся черновая работа ложилась на плечи «сильных» замов. Однако, чтобы оградить себя от случайностей, эти «специалисты широкого профиля» одевались в общевойсковую форму.
Подполковник Тремов четко доложил о прибытии и положил перед Рыковым папку личного дела Санева, которую Федор Федорович сразу же начал тщательно изучать, попутно задавая уточняющие вопросы присевшему к столу офицеру. В итоге Рыков пришел к твердому убеждению, что вменяемая Саневу вина была настолько ничтожной, что не «тянула» даже на административное взыскание.
— Борис Евгеньевич, вы опытный кадровый работник, и допустили такой ляпсус в отношении Санева. Не имея оснований даже для простого наказания, вы сразу подготовили приказ о снятии его с должности начальника отдела уголовного розыска. Поясните, пожалуйста, почему произошла такая вопиющая несправедливость? — спросил Рыков.
— Товарищ полковник, не наша в этом вина. Были гонцы сверху, которые по окончании командировки подготовили рапорт на имя министра и внесли предложение о снятии с занимаемой должности Санева. Министр приказал подготовить приказ, что мы и сделали, — ответил Тремов.
— Но ведь в личном деле нет подтверждения тем обвинениям, которые выдвинуты против Санева в приказе. Не понимаю, зачем надо было готовить такой приказ, заранее зная, что он в любой момент может быть отменен как незаконный. Не беспокоитесь вы об авторитете министерства — вот мой вывод, а сейчас подготовьте необходимые документы о назначении на должность старшего оперуполномоченного управления уголовного розыска МВД майора милиции Санева. Приказ по этому поводу доложите завтра. Вам понятно задание?
— Да. Понятно.
— Выполняйте.
— Есть, товарищ полковник.
Когда Тремов вышел из кабинета, Рыков позвонил Котову и попросил его зайти.
— Вольдемар Александрович, — начал Рыков, когда тот зашел в кабинет, — я поручил подготовить приказ о назначении в управление уголовного розыска майора Санева. Побеседуйте с ним по этому поводу, пожалуйста.
— Санева я знаю неплохо. В отношении этого человека действительно был допущен настоящий произвол. Однако он мужественно перенес удар судьбы, не пал духом и сейчас, уже на рядовой должности, трудится с полной отдачей. Я искренне рад принятому вами решению и побеседую с Саневым сегодня же.
— Нам нужно строже и деликатнее относится к принятию решений по кадровым вопросам, — продолжал Рыков. — У нас умеют сломать волю человека, сделать его безликим, удобным для некоторых начальников. А ведь наша задача — воспитать настоящего работника милиции, истинного блюстителя закона, защитника человека. Искать и находить талантливых сотрудников, выдвигая их на руководящие посты, — вот что главное в повседневной деятельности руководителя. Основным критерием для принятия такого решения должны быть деловые качества и профессионализм.
— Федор Федорович, мне приятно слышать ваши замечания, потому что они созвучны моим мыслям. Верю в то, что сейчас отдел кадров министерства не будет аппаратом равнодушных, выполняющих только волю руководства, а станет настоящим нашим помощником. Очень верю в это. Но пока «кадровый садизм» продолжается. Примером может служить отстранение от должности Тузлукова, заместителя начальника Буденновского отдела милиции и его назначение оперуполномоченным уголовного розыска Советского райотдела милиции.